Гости, говорите?
Интересно… а я ведь никого не приглашал!
Точно — гости!
Негромкие шаги, скрипнула половица… И темная фигура, не наклоняя головы, шагнула в дверь.
Не наклоняя головы? Я, когда входил, чуть башкой косяк не снес — вовремя сообразил пригнутся. А тут… человек этот точно ниже меня!
Света внутри нет — только от печки падает слабый отблеск. И в нем можно кое-что разглядеть. Но для этого надо хоть немного привыкнуть!
Я — привык.
А вот гость — пока не успел.
Шаг вперёд, моя левая рука ложиться на плечо вошедшего, а правая с зажатым в ней пистолетом уже поднимается вверх…
— Петя⁈
Маузер глухо стукнул об лавку…
Глава 3
Отдельная группа комплектации и снабжения 2 корпуса германской армии
— Что у нас сегодня нового, гауптман? — Олендорф только вернулся с совещания и находился в несколько приподнятом настроении.
— Мы получили несколько неожиданное указание… — Кранц положил на стол к шефу несколько бумаг. — Нам предписано оказывать всемерное содействие спецгруппе РСХА, которая будет действовать в нашем районе.
— Ну, раз предписано — окажем, — пожал плечами оберстлейтенант. — Это все новости?
— Да, — кивнул гауптман, — пока все.
— Ну, а у меня новости есть, — Олендорф кивнул на кресло гауптману. — Присаживайтесь…
Денщик принес офицерам кофе и некоторое время в кабинете было тихо, лишь позвякивали ложечки в чашках.
— Так вот, мой друг. — отставил опустевшую чашечку в сторону оберстлейтенант. — Во-первых — снят с должности начальник ГФП. Он, с понижением в должности, отправлен на фронт. Хочу сказать, что далеко не последнюю роль в этом сыграла информация, которой мы с ним поделились. Ему припомнили ещё и это — мол, располагая оперативными данными о русских диверсантах, которые пробуют вывезти золото их банка через линию фронта, он не сумел этому воспрепятствовать.
— А его вывезли? — поинтересовался Кранц. Он давно уже отвык неприкрыто удивляться, усвоил, что в деятельности разведки это не всегда правильно. Можно выразить свое восхищение грамотными действиями руководства — это всегда воспринимается с благосклонностью. А вот высказывать удивление — неправильно, сочтут за недалекого человека. И сделают выводы — не всегда приятные.
— Да, — кивнул Олендорф. — От нашей агентуры пришло донесение — в Михайловское отделение Госбанка сдано сорок один килограмм золота и один миллион четыреста тысяч рублей. Документы подписаны сотрудниками военной контрразведки. Имеются все основания полагать, что это только часть вывезенного золота, остальное было направлено в другие места — обычная практика спецслужб. Как вы понимаете, копия донесения тотчас же была направлена руководству ГФП в Берлин — мы же обязаны доложить о таком факте!