— Нахрена? — удивился я.
— А хрен его знает. — пожал плечищами орк и утопал.
А я принялся говорить, сжато и четко перечисляя причины, побудившие меня нарушить покой безмятежного Рая Обетованного. И каждое мое слово было как гвоздь в крышку гроба этого сраного места. Чему я был только рад.
Глава 5
Глава пятая.
Странно видеть улыбающийся кусок дерьма.
Я даже моргнул, надеясь развидеть. Но когда вновь приоткрыл веки, улыбка на его бугристой уродливой харе стала только шире.
Червеус улыбался. Червеус лыбился. Червеус скалился. Да чего он только не делал со своими тонкими губами, пытаясь выразить весь спектр охвативших его радостных эмоций.
Вдоволь наглядевшись, я смел со стола осколки, убрал самый большой из тарелки с наваристым супом и снова взялся за ложку. Хозяин Веселой Халупы скромно проблеял из дальнего угла:
— Я все уберу.
Никто не обратил на него внимания, и он обрадованно заткнулся, поспешив вернуться на кухню, откуда продолжали появляться тарелка за тарелкой.
— Шумный. — неодобрительно заметил Каппа, играющий роль статуи за моим плечом уже второй час.
— Ты понимаешь, чего натворил, гоблин ты безумный? — затряс головой Червеус.
Никто из нас не обращал внимания на вынесенное нахрен окно трактира, через которое уродливый герой и пожаловал на наш отрядный ужин. За окном стоял выкрашенный в кричащие красно-золотые цвета экзоскелет с откинутым прозрачным бронеколпаком, открывающим удобное изогнутое ложе. Высотой три метра с гаком, чересчур массивный, с большой буквой М на брюшной части. Две ноги, четыре руки, огромная масса и нехилая такая скорость — учитывая, с какой быстротой этот стальной монстр преодолел немаленький двор, попутно перепрыгнув средневековую повозку, запряженную четырьмя обалдевшими конягами. Ну и надо учесть, несомненно, имеющуюся систему наведения и опознания — раз уж он четко вычислил место, где я находился, причем я сидел не напротив окна, и сквозь стекло меня увидеть было нельзя. Но Червеус точно знал мое местонахождение, впрыгнув в окно и рухнув на единственное свободное место напротив меня.
— Тоже хочешь такой? — прекратив лыбиться, поинтересовался Червеус, поймав мой короткий оценивающий взгляд, брошенный на экзоскелет.
— Не мое. — поморщился я.
— Цвет не нравится?
— И размер. Слишком большой.
— О как… а какой бы тебе в самый раз?
— Это уже не экзоскелет, а… шагающая машина. — пожал я плечами.
— Так а ты бы что хотел? Там твой механик неумело ковыряется в рваной жопе Белого Гиппо.
— Тоже не мое.
— Ну а ты?
— Ночная Гадюка. — вырвалось у меня, и я удивленно замер, прислушиваясь к себе и пытаясь понять, что означают сказанные мной слова.