— Полюбил я тебя за комплименты твои гребаные… Про Зеленоглазку не спросишь?
— Не-а.
— Уважаю, уважаю…
Не знаю, за что там меня начал сильно уважать червь, но на этом познавательная беседа завершилась. Он засобирался, бросил через весь зал две золотые кроны — и хозяин трактира их ловко поймал — после чего выскочил в выбитое окно, ловко впрыгнул в экз, и ожившая машина, захлопнув бронеколпак, выпрямилась и рванул прочь, снова напугав лошадей.
Проводил взглядом бегущего по бездорожью меха, мудро решившего наделать дыр в мягкой почве, а не на мощеной дороге, быстро исчезнувшего из виду. Судя по направлению движения — Червеус мчал в Кронтаун. Склизкий умный червь торопится продолжить плетение паутины. Как по мне — слишком они погрязли в этом дерьмовом спектакле со всеми его декорациями и дешевыми неумелыми актерами. Они послушными марионетками прыгают на невидимых нитях, тянущихся из рук Высших. А во что играют Высшие… а хрен его знает. Но что-то, сука, вот не верится мне, что элита этого протухшего мирка сильно уж заботится о его процветающем будущем.
— Дерьмо. — подытожил я, мрачно глядя на залитый мирный солнечным светом Кронтаун на дне гигантской воронке.
— Что так? — поинтересовался Рэк и протяжно рыгнул, застав вздрогнуть и поморщиться проходящую мимо официантку.
— Сюда бы небольшой ядерный фугас. — вздохнул я, не сводя глаз с Кронтауна.
— Нахрена?
— Язвы надо либо иссекать, либо выжигать. — буркнул я. — Я за последний вариант.
— Холодная дипломатия? — предположил Каппа, откладывая палочки.
— Нельзя победить в чужой игре, играя по чужим правилам, Каппа, — мотнул я головой и поднялся. — Ладно… пора бы нам заняться важными отрядными делами. Готовьтесь, гоблины.
Глава 6
Глава шестая.
После ужина планов у меня было немало, но сытый организм потребовал сделать небольшую паузу. Прислушавшись к ощущениям, поняв, что опять поднывает поясница, я сделал вывод и поднялся в комнату, где улегся прямо на деревянном полу, уставившись в потолок. Под языком таяла крохотная таблетка, рядом стояла бутылка с водой, в урчащем животе медленно переваривалось мясо, которым я набил себя до предела. За пищеварение я не переживал — давно заметил, что с момента получения мной первого боевого статуса — еще во время блуждания по стальному подземному миру — пищеварение ускорилось в разы. Не знаю, что за ферменты или что другое вкалывает нам система, но желудок разлагает тяжелую пищу очень быстро, а кишки с еще большей быстротой жадно всасывают в себя содержимое, отправляя строительные материалы по назначению. Мышцы наливаются силой, раны заживают быстро, выносливость радует. Система заботится о своих героях. Особенно о тех, кто раз за разом оправдывает ее доверие.