Перед глазами пронеслись лица – архонтов, людей с сердцами зверя из общества каирские змеи, наши попытки захватить магическую книгу архатов и бегство из Египта. Румыния и удивительная удача связаться с архатами снова. Полёт на драконе, знакомство с Грид и разговор с Бальтазаром – воспоминания мелькали, как кадры немого кино. Получение могущественной силы. Исчезновение Логана и Майлза и снова моё погружение в страшный мир Эндрона. Счастье, что Майлза удалось спасти и отчаяние от бессилия – Логан неизвестно где. Возможно, его держат в плену, или он застрял между мирами. Его смерть по большей степени казалась самым лёгким для нашего друга. Мы до последнего верили, что Логан Митч где-то живой, и нам удастся спасти его.
Ноги оторвались от земли, а ещё я услышала в голове голос. Как это странно. Я узнала его:
– Ничего не бойся, Сара, мы здесь, и мы выровняем весы.
– Какие весы, Бальтазар? – спрашивала я, узнавая голос архата.
– В каждом мире должно быть равновесие, и если оно нарушается, исчезает гармония. Свет и добро в большом количестве расслабляет людей, делает их пассивными, неспособными противостоять остаткам зла, ждущего своего часа, а потом прибывающего с нарастающей силой. Стоит только людям понять, что им ничего не угрожает, они разобщаются. Странно да?
Я слушала Бальтазара.
– Их жизнь кажется пресной, они ищут сладость в горьком вине, не понимая, что пожирают мёртвое, жуткое, способное отравить их души.
– Как же быть, Бальтазар? Что нам делать?
– Тебе подскажет сердце , – ответил архат. –Иногда они возвращаются.
Когда я открыла глаза, то увидела Майлза смотрящего на меня. Его седые волосы развевались на ветру, один глаз сиял ярким голубым светом, а второй стал чёрным. Зрачок, расползаясь по глазному яблоку, став блестящим смолянистого цвета, такие глаза я видела только у демонов.
– Нам пора в Лондон, – сказала я Прескотту, распахивая руки для объятий. – Летим.
Он обнял меня, и я ощутила, как в его груди разгорался пожар. Наши тела как будто стали одним целым. Я могла читать не только его мысли, но и чувствовать каждой клеткой его душу.
Поднимаясь над землёй, мы смотрели друг другу в глаза. Майлз улыбался, я поцеловала его в губы, зная, что с нами ничего плохого не случится.
Он не спрашивал, ни о чём, он верил мне, а ещё знал, что Бальтазар здесь. В Прескотте уже не боролись две силы – тьма и свет разделились в нём поровну. Я не спрашивала почему, откуда ему стало доступно, то чем обладала я, знания, сила. Наверное, он единственный, кто мог разделить со мной дар архатов. Это предрешено, мы выбрали друг друга. Или сила архатов выбрала нас?