Мне захотелось побыть одной, и я взяла с Митча слово, что он будет звонить и расскажет, как здоровье человека ставшего мне не просто другом. Логан хмурился, крутил в больших ладонях пустую чашку. Я предложила ему ещё чаю, но он отказался.
– Знаешь, мне до сих пор не верится, что так бывает. И ты, правда, слышишь тех, кому нужна помощь или голоса демонов?
– Лучше бы я была обычной девушкой, – я инстинктивно потянулась к медальону, висевшему на цепочке. Его больше со мной не было. Проклятый Монтгомери украл мой амулет.
– Я позвоню. Обязательно, – уверил Митч. Мы крепко обнялись, и я еле сдерживала слёзы. Когда дверь захлопнулась за ним, я упала на кровать и, обхватывая подушку руками, зарыдала. Я оплакивала наши с Филом чувства, вспоминая его слова и, что я поклялась не искать его и быть счастливой. Только так хотелось этого счастья с ним. Мне не нужен был никто другой.
Попытка отвлечься на учёбу далась с трудом, тем не менее, я с отличием закончила колледж, и мои документы приняли в Честерский юридический университет Лоу.
Митч не позвонил. Я набирала его номер несколько раз. После упорных попыток и кучи писем на «электронку» Логан, наконец, отозвался. Голос у него усталый. На вопросы отвечал уклончиво, пока я не сказала ему, что мне известно о странной болезни Фила.
– Если так, то чем ты ему поможешь? – уронил Митч. – Фил верит, что у него получится справиться. Он сказал, что выход есть, мы долго говорили, и ему просто необходимо выговориться, слишком многое он носит в себе, Сара.
– Мне очень плохо, Логан.
Я редко называла его по имени. Митч промолчал, а потом сказал, что все раны имеют свойство затягиваться.
– Это я тебе как доктор говорю. Учись, работай, и Фил просил передать, чтобы ты выполнила обещание. Он сказал, чтобы ты была счастливой.
Я не знала, что ответить, о чём спрашивать. Мы молчали оба, слушая дыхание друг друга – он в Кембридже, я в Честере.
Отключила связь и уставилась в одну точку, слёзы закончились. Надо было начинать новую жизнь. Сложно. Мне больно стирать из памяти воспоминания, мысли о возможном будущем.
Теперь вернёмся в начало, когда я сказала, что прошло пять лет. Я окончила университет и поначалу работала в фирме отца. После случая с некромантами в гостинице, родители решили продать дом. Мама говорила, что не хочет там больше оставаться. Вспоминала старуху Райс и всё время пугалась шорохов, боялась оставаться в доме одна.
Папа вернулся к активной юридической практике, а я редко приезжала в Чарлтон, зато к маме приехала бабушка, успокоившая её тем, что в доме не осталось ни одного злого духа.