Я повиновался, ощущая, как от меня отделяется нечто жуткое и мерзкое. Чёрная тень выскользнула и склонилась над телом Лиззи. Я дрожал, сжимая в руках орудие убийства, перед глазами застыло довольное лицо Лиззи Макрегор и спина Ричарда, я всё ещё слышал его пыхтение и смотрел на вздрагивающие колени девушки, которая предала меня.
Тень опустилась на четвереньки. Я боялся пошевелиться. Её рот растянулся, и чудовище начало есть убитую мною жертву. Тошнота подкатила к горлу, и меня вырвало. В какой-то момент, я захотел сорвать с шеи медальон, но он как будто прирос к коже. Я не мог снять его, не мог избавиться от проклятого амулета. Тень уничтожила следы преступления и двинулась ко мне. Страх, пронзительный ужас окутали меня, я попятился назад, пока не упал навзничь, а мерзкий монстр склонился надо мной. Теперь у него появились очертания, но он всё ещё оставался бесплотным духом. Чудовище смотрело на меня глазами тьмы, и я слышал его мысли.
Оно говорило со мной. Требовало больше крови. Я понимал, что эта тварь была заключена в медальон и теперь я стану её рабом, потому что тени необходимо обрести плоть.
Лиззи так и не нашли. Ричард в ванне перерезал себе вены. Мне уже всё равно. Я выбирал новых жертв, чтобы кормить тень. Позже он рассказал мне свою историю и то, как стал узником медальона. Назвался Томасом Монтгомери, говорил, как мы похожи. Обещая сделать меня сильным, он смеялся, зачем тебе друзья. Я верил ему. Помимо Лиззи и Ричарда мой новый друг съел одиннадцать жертв. Мне уже не жаль их, они все желали мне смерти, смеялись надо мной. Теперь я смеялся над ними. Зрители моего канала с удовольствием платили за просмотр видео, где Монтгомери и я убивали жалких выродков, которые много лет портили мне жизнь…»
Я захлопнула дневник, сознание больно обожгло воспоминаниями и мысль, что тёмный дух из прошлого снова здесь. Кожа покрылась мурашками, а во рту пересохло.
– С вами всё в порядке, Сара? – голос мистера Фореста отрезвил меня. Ужас отступил. Я сложила мерзкий дневник в жестяную коробку и открыла дверь отцу Ригли.
– Я пока ещё не знаю, где ваш сын, – внезапная тошнота заставила оборвать разговор. Джон понимающе открыл дверь туалета, и я бросилась к унитазу, ощущая болезненные спазмы в животе. Открыв крышку, я чуть не закричала, там кишели змеи, я упала назад, зажимая рот руками. Тошнота улетучилась. Мистер Форест заглянул в унитаз и, ничего не увидев там, вопросительно глянул на меня.
– Простите, сэр. Ригли попал в очень плохую компанию.
– В смысле? – мистер Форест свёл кустистые брови.