Мужчина пригубил ярко-алый напиток, плещущийся в подхваченном со стола бокале.

— Вскоре в мой офис прибудет человек или группа людей, разговор с которыми гарантированно окончится наименее желательным образом. Случится нечто… заметное, и сразу после этого я бы хотел, чтобы вы поспособствовали передаче сообщения лично в руки императору или кому-то к нему приближенному. Но не Кощею.

— Тебе известно о Кощее? — С удивлением в голосе спросил Дмитрий, смерив сидящего перед ним подростка куда как более внимательным взглядом. — Формат сообщения критичен?

— Формат абсолютно не важен. Я могу даже написать его прямо перед вами, и тут же передать.

— Возможно, я могу чем-то помочь…?

— К сожалению, господин Светов, ваша помощь всерьез ничего не изменит. Возвращаясь в вопросу о Кощее — да, мне многое о нём известно. Но привлечение именно его в моём вопросе крайне нежелательно.

Дмитрий с минуту провёл в раздумьях, тарабаня пальцами по столешнице. Ему непросто было принять решение из-за множественных опасений касательно целей Авеля, но, в конечном итоге, глава клана решил ответить положительно. Во многом потому, что гениальный подросток был готов передать сообщение в любой форме, что позволяло заранее ознакомиться с содержимым, а это уже кое о чём, да говорило.

— Что ж, Авель, я выполню твою просьбу. Будут и наблюдатели, и переданное сообщение. Но ты ведь понимаешь, насколько это серьезно — что-то передавать через меня императору?

— Прежде я никогда не шутил просто так, господин Светов, а сейчас ситуация и вовсе этому не способствует.

— Ты можешь обратиться за помощью к моей семье. А если по какой-то причине не хочешь делать этого, то не забывай об императоре. Он всегда готов протянуть руку помощи тем, кто верен государству.

— Это я и планирую сделать. Но обратиться и быстро получить ответ я могу только в том случае, если этому поспособствует кто-то вашего уровня влияния.

— Твои рассуждения верны, только если счёт идёт на минуты.

— Так оно и есть, на самом деле. Позволите?

Аур кивнул на сферу, по-обыденному зависшую у него над плечом, и, дождавшись кивка, сформировал барьер, окончательно исключающий всякую возможность прослушки.

Чернокнижник не видел вариантов, позволяющих Авелю Бессонову и избавиться от угрозы со стороны ордена, и раскрыться только перед императором. Как ни крути, а вовлечённых лиц будет очень и очень много, и в первую очередь об этом позаботится орден, который Аур планировал сильно обидеть. Уже через несколько недель после часа Икс все главы правительств и великих кланов будут знать, что из небытия вернулся маг, давным-давно упокоенный. Вернулся не в форме нежити, что ещё можно было как-то объяснить, а воскрес, словно начавший выходить из моды религиозный символ. И пусть подавляющее большинство заинтересованных лиц не будет точно знать, кто именно является обманувшим смерть магом, со временем отроется и это.