Окуня мне посоветовала Сильвия, за что я был ей весьма благодарен. Сестричка уточнила, что придётся подождать заказанный товар, но Жакоб имел определённую репутацию, и по её словам, можно было не переживать. Как и за законность ввозимого груза — все накладные у капитана были в порядке, налог с перевозки оплачен. Что являлось ещё одним преимуществом для меня.

Собственно, как только я получил записку от мальчишки-посыльного (такие шныряли в порту с утра до вечера) о прибытии лодки — назначил встречу на следующий же день.

Нас беспрепятственно пустили на борт. Капитан Жакоб встретился тут же, на палубе.

— А, господин Рафосс, — приветствовал он меня.

Шумный, полный, лысый, с пухлыми губами и маленькими глазками, Окунь действительно чем-то напоминал рыбу. Внешность у него была не самая приятная — какая-то «скользкая», но это меня ничуть не смущало. Встречал на своём веку людей куда неприятнее.

— Капитан, — я пожал протянутую руку, — Это мой товарищ Вейгар.

— Приятно познакомиться. Не хотите выпить?

Он указал на раскладной столик, установленный на носу, и три таких же стульчика рядом.

— Кофе? — я почувствовал знакомый аромат.

— Верно, — капитан хитро улыбнулся, — Любите этот напиток?

— Даже не буду делать вид, что это не так, — картинно махнув рукой, ответил я, — Ведите.

Минут двадцать мы пили прекрасный крепкий кофе, рассматривали залив и обсуждали новости. Мы с Вейгаром рассказали о происходящем в городе, а Окунь, в свою очередь, поведал о событиях в мире.

— Вы очень терпеливый человек, Виктор, — произнёс капитан когда мы, наконец-то, покончили с любезностями, — Полагаю, очень ждали заказанный товар?

С этим я спорить не стал:

— Есть такое.

— Что ж, — Окунь щёлкнул пальцами, и стоявший неподалёку юнга подошёл к нему. Выслушав выпаленные на незнакомом мне языке слова, он кивнул и метнулся в трюм. Вернулся уже с объёмной заплечной сумкой, поставив её возле меня.

— Проверяй.

Это не заняло много времени — плоские кристаллы лежали четырьмя ровными стопками, и я довольно быстро убедился, что они без единого изъяна.

— Акт купли-продажи и зафиксированной между нами сделки, — Жакоб протянул мне сложенную бумагу, — Только очень тебя прошу, Виктор, сообщи до конца сезона, собираешься ли ты оплачивать налог с неё, чтобы не случилось недоразумений.

— Могу сказать сразу — буду.

— Молодежь, — проворчал Окунь, — Вам бы экономить научиться, а вы…

— Да бросьте, там сумма совсем небольшая, — усмехнулся я, и протянул капитану тяжёлый кошель.

Он пересчитал монеты, кивнул, и снова протянул руку.

— Приятно вести с тобой дела, Виктор.