насмешки недостойных над достойным, когда так просто сводит все концы удар кинжала ?

Хотя у нас тут не кинжал и я не Гамлет и госпожа Накано на Офелию не похожа. Она у нас скорее Лаэрт, персонаж которого обманули и заставили алкать мести совсем не в том месте, где он потерял. Который умирает не в силах отомстить настоящему обидчику, как там —«Нет зелья в мире, чтоб тебя спасти; Ты не хранишь и получаса жизни; Предательский снаряд — в твоей руке, Наточен и отравлен; гнусным ковом…»

Ну нет, в жопу господина Шекспира, это ему трагедия была нужна чтобы толпу завести и заставить зевак ахать и охать, заставить публик платить за билеты и не сожалеть что потратили эти деньги. Это для него шоу должно продолжаться. Весь мир театр и все мы в нем актеры, говаривал старина Билли, вот тут — картонный злодей, а тут — картонный герой, картонная барышня в беде, картонная коварная роковая женщина, а сейчас я должен выйти из кабинета, закрыть за собой дверь и услышать выстрел за спиной. Потому что так написано в сценарии этой сцены. Судьба. Рок. Фатум. Кисмет.

Я закрываю глаза и стискиваю зубы, внутри меня бесится веселый Темный, ему нужна кровь и смерть, но не только. Он ценит черную иронию. Он обожает вызов. В жопу судьбу, срать я хотел на весь этот фатум, кисмет, рок и предначертанное. И если есть на свете бог, то я не собираюсь следовать его сценарию. Сценарию, где я ухожу, затворяя дверь, а за моей спиной на роскошных коврах лежит госпожа Накано с пробитой головой, а на картина малых голландцев на стене — росчерк бурых брызг.

— Это так поступают наследники древних самурайских родов? Убегая в небытие? Оставляя здесь обидчиков? Не уплатив по своим долгам? — спрашиваю я у нее, защелкнув пустой барабан обратно и положив револьвер на стол: — так это делается?

— Заткнись, буракумин… просто отдай револьвер и катись отсюда. — шипит госпожа Накано: — тебя это не касается. Все свои долги я отдам сама. Род Накано прервется на этом.

— А ведь тебя обманули, Накано-сан. Обвели вокруг пальца. Кто-то совсем рядом. Кто-то подставил тебя, собирается увести у тебя все активы, да еще и направил твой гнев в нужную ему сторону. Ты просто пешка в чьих-то руках. Разве нет желания отомстить?

— Что ты понимаешь в мести, скоморох… — закрывает глаза Накано и откидывается назад в кресле, прижимая к переносице завернутый в полотенце пакет со льдом: — что ты понимаешь…

— Что я понимаю? Как-то раз один довольно крутой дяденька решил подмять под себя меня и мой небольшой бизнес… и ладно деньги, но он фактически хотел обратить меня в долговое рабство. Знаешь, что с ним произошло? — задаю я вопрос. Да, рискованно открываться, рискованно говорить об этом, но я не сдержался. Госпожа Накано не пойдет в полицию, госпоже Накано в своих чувствах бы разобраться. И еще — госпожа Накано как никто другой знает кто такой Кума и какую роль он играл в жизни этого города, она знает какой он обладал мощью, какие ресурсы у него в руках были, что он мог сделать со мной. И с любым, кто встал бы у него на пути.