Посмотрел в нашу сторону — темнота, похоже, ему не мешала. Улыбнулся и сделал шаг. Грохнуло — и Тигра окутал белый морозный вихрь. То ли туман, то ли вьюга… На секунду Тигр замер, потом с некоторым напряжением сделал шаг — и направился к нам. — Я же говорил, что не сработает, — бросил Гесер через плечо. — Но попробовать-то стоило! — обиженно ответил Жермензон. Оба Высших чуть выступили вперед, прикрывая нас с Алишером. И в этот миг за спиной хлопнула дверь. Я обернулся и увидел Надю. Дочка выглядела задумчивой, но, пожалуй, довольной. Подошла ко мне, взяла за руку. Спросила: — Это он и есть? Тигр тем временем остановился. На его лице появилось какое-то смущение и растерянность, будто нулевая, Абсолютная волшебница стала неожиданностью в его планах. — А кого ты видишь? — спросил я. — Девочку? — Нет. Тигра. Он большой, полосатый и у него горят глаза. — Красиво, — вздохнул я. — Папа, тигров нельзя убивать, они в Красной книге. — Этого можно, — сказал я. — Только все не получается. И вдруг Тигр заговорил. Во время нашей предыдущей встречи он не проронил ни слова, и я, честно говоря, был уверен, что он и не умеет говорить… — Уйдите. Вы мне не нужны. — И ты нам не нужен, — ответил Гесер. — Почему бы не уйти тебе? Тигр покачал головой. (Интересно, как это видит Надя? Говорящего тигра? Шер Хана из мультика про Маугли?) — Пророчество не должно быть услышано. — Он всего лишь маленький мальчик, — сказал Гесер. — Оставь его в покое, дай ему время. Пусть пророчество прозвучит в пустоту. Пусть его не услышат. — Риск, — сказал Тигр. — Прежде всего он пророк. Уже потом он — мальчик. Уйдите. — Дай ему время, — повторил Гесер. Вместо ответа Тигр пошел вперед. Видимо, время для разговоров кончилось. Что именно сделали Великие, я не понял. Коридор будто затянуло разноцветной огненной паутиной. Синие, красные, зеленые, оранжевые нити повисли в воздухе, Тигр напоролся на них, его лицо исказилось, будто от боли. Но он продолжал идти. Медленно, но верно. — Антон, уходите! — рявкнул Гесер. Я посмотрел на Надю. Крепче сжал ее руку. Кивнул. — Мы должны уйти, папа? — очень спокойно спросила она. Я кивнул. — Ему нужно совсем чуть-чуть, — сказала Надя. — Давай я… — Мы уходим! — выкрикнул я. — Открывай портал! Я приказываю! — Папа, ты не можешь мне приказывать убежать! — Я приказываю не как папа, а как работник Дозора! Надя смотрела на меня, и я не знал, сработает ли это. Мы с детства учили ее уважать Ночной Дозор. Объясняли, что сказанное дозорным — это приказ. Что с магией не шутят.