— Госпожа… простите, что говорю вам это, — служанка Ризельда несмело подошла к Аоле сзади, — но… знайте, ваш малыш очень красивый, и мы все очень любим его. И уверены, что он ещё не раз сумеет нас удивить.

Аола ничего на это не ответила. Потому что девушка никак не могла понять, в какой ситуации хуже оказаться: когда над тобой насмехаются, или когда тебя жалеют.

Войдя в гостевой зал, Аола окинула прибывших оценивающим взглядом, прикидывая, кто доставит ей своим вниманием меньше проблем. Разумеется, глава клана Уайтхолл, их северных соседей, Виктор по прозвищу Медведь, прибыл собственной персоной, с супругой и маленькой дочкой. В их сторону уже лукаво посматривала Джайна, второй ребёнок клана Джеминид, которой на данный момент было четыре года. Их восточные гости, клан Гайранос, своего главу посылать не стали. Вместо этого от клана был Жерар Гайранос, отец Месса, её мужа. Как раз в этот момент они разговаривали, и разговор у них явно не клеился. Что, впрочем, было и неудивительно: после появления на свет Сарефа Месс, даже не сумевший обеспечить клану достойного наследника, совсем себя забросил, и с тех пор Аола очень редко видела своего мужа в трезвом состоянии.

Ну а от клана Ондеро, который находился от клана Джеминид на юго-востоке и имел с ними единственную приграничную точку, разумеется, приехала Линда. И хотя Аола, стискивая зубы, уже предрекала град насмешек, всё же лучше она, чем матушка Кейко. Ибо Линда хотя бы ограничится Аолой, а Кейко обязательно бы ещё и Месса пропесочила.

— Ну что, друг мой, — Адейро тем временем разговаривал с Виктором, — на ваших границах всё так же беспокойно?

— Ой, не напоминай, — огорчённо ответил Медведь, — Зинтерровцы что-то мутят, одно марш-броски своих войск вдоль наших границ. Как будто дразнятся. Хорошо хоть, что Гайраносы тоже на своей границе движение создают, так Зинтерровцы хоть на два лагеря вынуждены контроль и ресурсы выделять. Они хоть со своими вольными благословлениями словно Системой в темя поцелованные, но зараз против двух кланов, как мне хочется надеяться, даже они не рискнут соваться.

— Не двух, а трёх, дорогой друг, — мягко поправил его Адейро, — мы, конечно, прямой границы с Зинтеррой не имеем, но по своей речной границе вполне можем как и вам прийти на помощь, так и им жизнь осложнить.

— Да, на ближайшей Годасте надо будет по экономике им хвост прищемить, глядишь, смирнее будут. Пошлину какую за постоянные пляски около границ. А то больно много о себе возомнили, — почесал затылок Медведь.

— Так до Годасты ещё четыре месяца, — покачал головой Адейро, — и это подожди, они нового амбала на Системные Состязания выставят и ещё на год продлят себе неприкасаемость от решений Годасты. Даже Айоновцы не факт, что с их кандидатом сдюжат. А если и сдюжат — то легче не будет, Эксайл им давно в рот смотрит, будь моя воля — я бы давно вышвырнул их из Приозёрного ковенанта…