— Это у тебя что, куклы? — со смешком спросил Оливер, заглянув Тани через плечо.

— Да, это у неё куклы, — негромко, но с явной угрозой сказал Джаспер, — и если тебе хочется похихикать по этому поводу, то скажи об этом мне!

— Джаспер, не ругайся, — равнодушно сказала Тани, извлекая, наконец, мешочек, в котором были несколько катушек ниток и подушка для иголок, — я потому их и не доставала с тех пор, как Оливер пришёл к нам, потому что знала, что он будет смеяться.

Судя по вытянувшемуся лицу Оливера, это откровение его изрядно задело. Но он всё же промолчал. Тани же взяла в руки куртку Сарефа, лоскуток кармашка и, надо отдать должное, весьма сноровисто, красивыми стежками пришила кармашек на внутренний оборот.

— Вот, — протянула она куртку Сарефу, — всё готово. Самое главное запомни: когда будешь менять куртку, если вырастешь или поновее купишь, распарывать нитку надо вот тут, здесь все крепёжные узлы. Тогда и кармашек не повредишь.

— Спасибо, — искренне сказал Сареф, забирая куртку, — было бы здорово испробовать его прямо сейчас.

— Вот, можешь попробовать с этой палкой, — Оливер протянул ему довольно увесистый дрын, который обычно лежал у входа в пещерку.

— Да что с тобой сегодня, — Яника ударила Оливера по руке, пока Сареф ещё не успел взять в руки палку, — не слушай его, Сареф. Ты должен в первую очередь положить в этот карман свой арбалет, если хочешь носить его с собой. Этот карман, скорее всего, привязывается к первой вещи, которую туда положат. Универсальные пространственные карманы — роскошь не про нашу честь. Так что используешь дома.

— Ну, спасибо, — Сареф гневно посмотрел на Оливера, — а если бы я испортил свой карман?

— Не испортил бы, — отмахнулся Оливер, — другие тебя бы всё равно остановили.

— Оливер, у тебя что-то случилось? — спросил Джаспер, — раньше я не замечал за тобой такого желания пакостить другим.

— Если ты так и будешь дальше шутить, то добьёшься только того, что тебе никто больше не станет верить, — мстительно добавил Сареф.

Попытка убеждения… Успех.

Оливер со злостью посмотрел на Сарефа и отвернулся.

— И нечего рожи корчить, — сказал Джаспер, — тебе много раз об этом говорили. Ладно, не об этом надо думать. Через две недели летнее солнцестояние. Нам гостей принимать, надо что-нибудь придумать насчёт еды.

— Опять, — Яника застонала, — Джаспер, ну зачем мы вообще это делаем? Я не хочу видеть ни этого противного Сидри, ни кого-либо из его оборванцев. Ты помнишь, как мы к ним в гости зимой ходили? Да мне даже вспоминать противно!

— Ничего, — сурово сказал Джаспер, — как смогли, так и приняли. Сама знаешь, что они по портовым трущобам хозяева, и какого достатка люди там живут.