Рону тем временем дорого обошлось секундное промедление. Он успел каким-то чудом уклониться от молнии, но упустил из виду одно из щупалец, оказавшееся в опасной близости к его ноге, получил подсечку и стал заваливаться назад, потеряв равновесие. И в этот момент другое щупальце стремительно обвилось вокруг его торса, вздернуло наверх, подняв высоко над полем боя, и потащило по направлению к воронке рта. Однако воин и не собирался сдаваться. Рука с кинжалом у него была свободна, и он принялся бешено рубить щупальце, сковывающее его, стремясь освободиться. Но увы — кинжал не выдержал силы наносимых ударов и сломался буквально на третьем из них. Казалось, участь мечника была предрешена. И тут практически одновременно случилось сразу несколько событий.
Во-первых, гоблины наконец доставили их вещи и сбросили вниз рюкзаки вместе с оружием. Алварика, до сих пор не принимавшая участия в бою, радостно схватила свой лук и тотчас всадила стрелу в один из глаз чудовища почти по самое оперение.
Во-вторых, следом за несущими оружие группы гоблинами появился запыхавшийся Хару и с воплем кинулся к краю уступа, скидывая вниз веревку. Увернулся от остальных гоблинов, стремящихся его поймать, оступился и рухнул вниз прямо на вовремя обернувшегося Тэма, сбив того с ног.
А в-третьих, до гигантского монстра наконец дошло, что его ранили и что ему больно. Но повел он себя в результате этого осознания довольно нетипично для любого уважающего себя чудовища. Все его щупальца разжались, выпуская пойманную добычу, а потом осьминог запрокинул голову, насколько это позволяли его габариты и физиология, и… обиженно закричал. Точнее, выглядело это так, как будто он обиженно закричал, так как никто не услышал ни звука. Только Чиара уловила что-то на редкость неприятное на грани слышимости и одновременно легкую вибрацию пола пещеры. Или ей показалось? Точнее она пока сказать не могла.
— Эл, держи его! Рон, отойди и не мешай, я его расстреляю! — тем временем командовала Алва, выцеливая следующий глаз. Наконец она взяла прицел, и следующая стрела взвилась в воздух, окончив свой путь глубоко в теле чудовища и уменьшив количество глаз еще на один. Монстр в ответ снова «закричал» и стал молотить щупальцами, ведя себя в точности как ребенок в истерике — ну разве что по полу не катался. И Элай, и Рон отскочили подальше, чтобы не попасть под молотилку. Рон наконец схватил свой меч и готов был отомстить чудовищу за пережитые неприятные мгновения, покромсав его на крабовые палочки, но к тому было не подступиться.