Он кивнул. Развернулся и ушел в темноту — так же внезапно, как появлялся. Будто и не было никакого Виса, а был мираж, порожденный моим перегретым на солнце мозгом. Мираж с чарострелом, огненной плетью и редкостно вредным характером.

Вот так всегда! Только познакомишься с мужчиной, а он уже уходит в закат. Вернее, в рассвет — с учетом того, что сейчас глубокая ночь, которая близится к своему завершению. Я толкнула дверь лечебницы и вошла внутрь.

Ночной дежурный — сухонький старичок, что лечил меня днем, — поднял голову от бумаг и всплеснул руками:

— Леди Грин, снова вы!

— Тоже рада вас видеть, — пробормотала я.

— Что на этот раз? — Целитель уже выбирался из-за стола, на ходу поправляя очки. — Опять нога? Или другая? Или, упаси боги, голова? У вас, простите, вид такой, будто вы ею бились о пирамиду.

— Только о собственную судьбу, — заверила я. — И да, нога. Та же. Рецидив.

— Рецидив? — Он поднял брови. — После моего лечения? Быть того не может! Я же лучший специалист в этой части города. Меня даже из соседнего заречья приглашают!

— Все было прекрасно. — Я похромала за ним в перевязочную. — А потом я… обожглась.

Целитель покачал головой и уложил меня на кушетку. Дальше началась уже знакомая процедура: осмотр, цоканье языком, магическое сканирование, снова цоканье, на этот раз более выразительное.

— Ожог поверх раны, — констатировал он. — И шрам, который раскрылся. Кто вас перевязывал?

— Тот же, что и в первый раз.

— У вашего приятеля определенно талант. И доступ к хорошим материалам.

Теплая волна лечебной магии окутала ногу, и я едва не застонала от облегчения. Ожог начал бледнеть, превращаясь в розовое пятно, рана стягивалась, боль уходила, уступая место приятной истоме. Я закрыла глаза и на пару минут просто позволила себе ни о чем не думать.

— Готово, — объявил целитель. — Но постарайтесь, чтобы я вас больше не видел. Хотя бы до конца недели.

— Постараюсь, — пообещала я, сползая с кушетки.

Когда я вышла из перевязочной и оглядела приемный покой, сердце екнуло. Виса не было. Я, конечно, знала, что он не заходил. Но какая-то глупая, совершенно иррациональная часть меня надеялась, что волчара передумал. Что стоит, ждет, прислонившись плечом к стене, и смотрит на меня своим вечным мрачным взглядом, в котором читается: «Я слишком стар для этого дерьма». Но нет. Ни Виса, ни букетика цветов. Только ночник на столе и целитель, уже заполнявший какие-то бумаги.

Да уж, нормальные мужчины, похоже, давно закончились: один увел у меня научные статьи, второй сам сбежал. Да что там, удрал, сверкая пятками! Наверняка я бы увидела их сверкание, если бы задержалась в дверях. В общем, нормального женского счастья в этот мир не завезли.