— Да зачем она мне⁈ Сразу же верну! — заверяю я мужика.

Довольный, еду к Бейбуту. Голова — это даже лучше, чем рука! Конечно, не сам до этого додумался — помню из будущего, как рэкетиры использовали подобные методы для запугивания своих жертв. Но вот то, что я сам однажды буду заниматься такими вещами, мне и в голову не приходило! Жизнь, однако, умеет удивлять.

Теперь всё сложилось: голова в пакете, парочка угрожающих фраз — и эти хулиганы точно надолго забудут дорогу в салон.

Впрочем, сам я этим заниматься не собираюсь — зачем лишний раз отсвечивать? Гоша как раз идеально подойдёт для такой роли. После ранения в Афгане у него морда стала, как у матёрого злодея, с шрамами и мрачным выражением. Дети, когда его видят, буквально писаются от страха. Именно такой человек и нужен для вручения подобной «посылки».

— А там что? О! Мармелад! — Бейбут доволен подарками к празднику и бодро шуршит кульками и пакетами, копаясь в них.

Он уже старший сержант! Сказал, за спортивные заслуги присвоили: что-то там по своему военному округу выиграл. А если получит мастера, то старшиной на дембель уйдет! Хотя это вряд ли — мастера спорта сейчас получить ой как сложно.

— Ну, рассказывай! — отрываю я сладкоежку от важных дел.

— Эх, жаль, ты не служил, многого не поймёшь, — завел и этот шарманку про «служил — не служил», как будто у всех это обязательная программа на сегодня. Но, уловив мой недовольный взгляд, быстро сменил тему.

— Гоняют нас со щитами и палками резиновыми — учат людей бить!

Удивил, честно говоря. Наконец-то в МВД озаботились массовыми беспорядками! Но тут дело не в этом даже — меня больше поразило, что Бейбут, с его драчливой натурой, сказал это с таким серьёзным подтекстом, будто вдруг осознал, что бить людей — не норма. Прогресс на лицо. Взрослеет пацан, доходит, что кулаками всего не решишь.

— Да что эти дубинки? Вот «Черёмуха», например, быстро бы разогнала толпу. А вообще, нам бы оружие…, — с блеском в глазах продолжает Бейбут. — Но не дают. Учат драться лопатками и штыками. Ну, штык-нож к автомату пристёгиваем и отрабатываем приёмы.

А нет, всё нормально с другом — остался таким же любителем насилия!

После воинской части еду в Союз ветеранов-интернационалистов, хотя уже можно и в крайком отправляться. Но я умный и знаю, что в крайкоме только к вечеру народ соберется на сабантуй, а интернационалисты могут и с утра начать праздновать. Поэтому надо успеть всех нужных мне людей найти и переговорить по своему делу.

— Толя, да какие деньги⁈ — возмущается один из Олегов, отмахиваясь. — Мы за тебя и так порвём любого!