— Толя, а как у тебя с деньгами? — неожиданно спросила Ирина в самый разгар торжества.

— Есть немного, — улыбнулся я.

Меня рассмешил не столько глупый вопрос портнихи, сколько Илюха, который со страдальческим лицом тщательно перемешивал ложкой салат «под шубой». Все доводы о том, что этот салат едят в таком вот многослойном виде, до Ленки не дошли.

— Долгани пару тысяч, — ничуть не смущаясь суммы, попросила Ирина.

Женщина сегодня выглядела шикарно — явно подготовилась к свиданию. Когда приглашал её в понедельник, был уверен, что откажет, но неожиданно получил согласие. Узкая юбка-карандаш подчёркивала формы тела, на ногах — блестящие колготки. А может, и чулки, кто знает… Хотя нет, уверен — чулки! Проверю позже, если всё сложится как надо. Иркина смелость даже позабавила меня: просить у меня денег при всех прямо во время праздника, да ещё и такую сумму…

— А тебе надолго? И вообще — для чего? У тебя вроде и у самой хороший доход, — с любопытством спросил я.

— Шутишь? Иной месяц в минусах сижу! А сейчас лето на носу — вообще трудно меховые изделия будет продавать. А для чего — не секрет. Мне предложили шкуры песцовые, списанные, из Октябрьского зверосовхоза. Выделали их неправильно, вот теперь отдают за бесценок. Но я-то знаю, что с такими вещами делать.

— Повыдергать то, что само выпадает? — предположил я.

— Ха-ха! — засмеялась Ира, качнув головой. — Этот Егор Олегович, тот дядька, что шкурки и предложил, то же самое советовал. Мол, сбагрить товар потом на барахолке можно.

— Хорошо. Завтра сниму с книжки и отдам, — соглашаюсь я.

Деньги у меня и дома имеются, просто никому не хочу говорить, что храню в квартире сумму, которой хватило бы на приличную машину. Тыщ восемь лежит, не меньше!

— Договорились. Пойду тогда этому Коневу позвоню, пусть завтра вечером в ателье приедет, — решительно встала из-за стола Ирка.

— Стой! Что за Конев? — насторожился я совпадению имени, отчества и фамилии.

— Серьезный такой дядька… — и Ирина описала внешность моего недавнего посетителя.

— Это… Давай я с тобой шкуры посмотрю… — предлагаю я, опасаясь криминальных наклонностей бывшего соседа.

— Ты? Не смеши! Что ты понимаешь?

Но я все же решил завтра вечером покараулить Конева у ателье. Тем более, у меня там в доме на первом этаже и кабинет свой, как у начальника штаба МЖК, имеется. И единственным окном он выходит как раз на уличное крыльцо дома.

Во время нашего с Маловой медленного танца, та сообщила заключение знакомого профессора по подаренному мне кубку: «Исторической ценности не представляет, сделали вещь совсем недавно». Я немного напрягся. Ведь изделия из полудрагоценных камней делать можно, а вот позолота… С золотом сейчас немногим предприятиям разрешено работать. Так что будет предлог завязать разговор с Конём.