Я вспомнил, как сидел в машине на набережной и ждал. Луи запретил мне идти с ним, как бы я его ни упрашивал. Впрочем, я и сам понимал, почему он не позволит мне пойти. Его план был рассчитан на одного человека. Отчасти потому, что только в одиночку его и можно было реализовать.

А отчасти потому, что он понимал — легендами не становятся двое. Луи всегда был индивидуалистом. И должен был сделать это в одиночку.

— Ты… — выдавил я из себя, всё ещё не веря, что стоящий передо мной человек действительно был жив. — Ты погиб! Я видел. В Санкт-Петербурге. Ты не смог выбраться из здания…

— Смог, — спокойным и хорошо знакомым мне тоном перебил меня Лерант. Тем самым тоном, когда он видел в моих действиях ошибку. — И выжил. Признаюсь, это оказалось не так уж и просто. И точно не безболезненно.

Он вынул из кармана левую руку и показал мне изуродованную ладонь. Конечность выглядела так, словно Лерант по какой-то абсолютно непостижимой причине решил искупать всю кисть в серной кислоте. Обезображенная кожа и скрюченные пальцы. Три пальца. Мизинец и безымянный отсутствовали.

— Как видишь, свою цену я тоже заплатил.

— Как? — спросил я. — Как ты смог выбраться?

— Это не так уж и важно, — пожал он плечами, вновь пряча кисть в карман пальто. — Важно лишь то, что я здесь. Стою прямо перед тобой. А ты принёс мне эти маски.

Я рефлекторно посмотрел на сумку, которую сжимал в своей правой руке. Видимо заметив мой взгляд, Луи шагнул вперёд, протянул руку.

— Ты ведь принёс их, парень?

Сейчас просто протянуть руки и отдать их ему. Покончить со всем этим. Отдать и забыть. Забыть всё, что случилось, как проклятый и мерзкий сон. Гадкий кошмар, от которого просыпаешься ночью в холодном поту.

— Как я раньше не догадался, — пробормотал я. — Вот откуда у тебя было столько информации на меня. А я-то, идиот, всё пытался понять, кто мог столько знать обо мне и Жанне…

Теперь ответ на этот вопрос казался мне столь логичным, столь правильным, что ничто другое уже просто не рассматривалось возможным. Это был Луи. Всё это время это был Луи. Хотелось ругать себя за то, что я не догадался сразу же, но… я ведь был уверен в том, что он погиб. Я знал, что он мёртв. И потому даже и подумать не мог о том, что это был он.

И вслед за этими мыслями меня вдруг охватила злость.

— Ты шантажировал меня, — проговорил я, смотря ему прямо в глаза. — Ты угрожал мне. Угрожал Жанне.

В ответ на это Луи лишь пожал плечами.

— Когда ты сообщил мне о том, что у тебя только один артефакт, я решил таким образом придать тебе… давай назовём это дополнительной мотивацией…