С того случая на набережной прошло уже сколько? Часов двенадцать? Около того. За это время много чего случилось, но самым важным стал арест Сурганова. Информация, хранившаяся на флешке, стала едва ли не ядерной бомбой. Среди обнаруженных на ней файлов была запись разговора самого Сурганова с кем-то из его людей. С кем именно он говорил, было не ясно, но вот чёткий приказ — забрать детей Игнатьева, а его охрану пустить в расход — читался прекрасно.

Следом нашлись и выписки со счетов. Переводы с личных счетов на подставные компании. Именно на эти деньги оплатили услуги тех, кто брал штурмом кортеж Игнатьева и похитил детей. В дополнение к ним имелись и видеозаписи с детьми Игнатьева. Скорее всего, их снимали для того, чтобы показать отцу, что малышня ещё жива.

Детализация звонков в день похищения, электронные письма и многое другое. Эксперты из криминалистического отдела всё ещё продолжали копаться в данных на флешке, но уже и того, что они с неё достали, оказывалось достаточно для того, чтобы посадить Сурганова.

Конечно же, его адвокаты постараются всеми силами защитить этого человека, но Громов сомневался в том, что его смогут «отмазать».

— Ген… Гена!

Громов резко сел на стуле и потёр глаза. Оказалось, что он задремал. Глянув на часы, понял, что с момента, когда он провалился в сон, прошло не больше пятнадцати минут.

— Что… чё случилось?

— Телефон, — пояснил Вадим и указал на стоящий на столе следователя аппарат. — Тот мигал лампочкой, сигнализируя о входящем внутреннем вызове. Ты бы снял его с беззвучного режима.

— Чтобы он меня будил? — весело поинтересовался в ответ Геннадий. — У меня для этого ты есть.

Сняв трубку, он прижал её плечом к уху и полез в карман за жвачкой.

— Да? Кто это?

— Геннадий Громов?

— Да, я.

— Здравствуйте. Я вас из морга беспокою. По поводу тела, которое вы утром доставили.

— И? Что с ним?

— Я… я не знаю, как вам это сказать… в общем, тут такое дело, у него, как бы это сказать… короче, у него лицо отвалилось…

* * *

Четыре месяца спустя…

Автобус остановился через полчаса после того, как покинул Ронду, один из самых известных городов испанской Андалусии. Невысокая девушка вышла из него и, помахав на прощание водителю, открыла карту на телефоне, чтобы сориентироваться. Здесь, в нескольких десятках километров от города, находилось несколько небольших деревень, но искала она не их.

Найдя нужное место на карте, она спрятала телефон и уверенно направилась по тропинке в сторону от основной дороги. Жанна не торопилась и просто шла, наслаждаясь природой и столь непривычными исконно городскому жителю запахами влажной земли, травы и чего-то ещё, терпкого, почти горького, что она так и не смогла определить.