Дальше события смешались. Крики мальчиков сзади, когда их вытаскивали из машины. Кто-то в тот же момент рванул её дверь, грубо схватил за плечо и буквально вышвырнул наружу. Лиза упала на асфальт, ободрав ладони, и увидела перед собой чёрные ботинки и ствол автомата. Всё, что она запомнила дальше, — как ей на голову натянули чёрный непрозрачный мешок, и окружающий мир исчез.

Нахлынувшие воспоминания о произошедшем отозвались у неё тихой дрожью. Лиза сильнее прижалась спиной к холодной стене и крепче обхватила колени руками. Она всеми силами пыталась заставить себя дышать ровно. Спокойно. Но паника всё равно подкатывала к горлу горячей волной.

— Лиз… Лиза…

Негромкий и испуганный голос донёсся до неё с другой стороны комнаты.

Подняв голову, Елизавета посмотрела на своих братьев. Евгений и Лаврентий сидели прижавшись друг к другу в углу.

— Я здесь, — негромко сказала она, стараясь, чтобы её голос звучал твёрдо. Ну или хотя бы надеялась на это. — Идите ко мне.

Мальчики не заставили себя ждать. Они слезли со своей раскладушки и быстро перебрались к ней, обняв сестру. Вцепились в неё с такой силой, будто Лиза осталась для них единственным островком безопасности в этом кошмаре. Евгений мелко дрожал и всхлипывал, уткнувшись лицом ей в плечо, пока старший брат держался немного лучше. Но Лиза всё равно ощущала, как его пальцы впиваются ей в руку.

— Тихо, тихо, — прошептала она и сама обняла братьев. — Всё хорошо. Я здесь. Я с вами. Мы вместе.

— Где мы? — негромко спросил Лаврентий. — Что с папой? Они, что, уб…

— Я не знаю, — честно ответила она, и Лизе самой стало тяжело. — Но я уверена, что с ним всё хорошо. Он обязательно найдёт нас. Обещаю вам…

Ей было тяжело говорить то, в чём Лиза совсем не была уверена. Но братьям требовалось услышать именно это.

Они просидели так, втроём, ещё несколько минут. Никаких разговоров. Братья больше ничего не спрашивали, а сама Лиза не знала, что ещё сказать в такой ситуации.

Помещение, в котором их заперли, было не очень большим. Без окон. Одна голая лампочка под потолком давала достаточно света, чтобы они не сидели здесь в темноте. Бетонные стены, ржавая труба в углу у потолка и пара старых ящиков.

Но больше всего Лизу пугала дверь. Массивная, металлическая и толстая, лишённая ручки с их стороны. В первые минуты после того, как Елизавета пришла в себя, она стучала и безуспешно толкала дверь, пытаясь её открыть, но всё было тщетно. Что ещё хуже, с той стороны не было совсем никаких звуков. Словно они оказались здесь единственными живыми людьми.