Никогда не думал, что грязь бывает… Агрессивной. Именно такие изменения происходили с дыханием, как оно стало набирать красноту. За последние дни я научился полностью входить в туман и мог там продержаться минуту. Речь про обычный туман, а не про ту стену, что скрывает сердце Пасти. На большее сил не хватало, да и то, залог этого успеха — удача в подборе структуры.

На самом деле мне повезло. Дух мага, пробудившись, выдал мне кусок… Примера. А это знание в чистом виде. Правда, его ещё надо расшифровать, но… Если ты умен, у тебя есть время, мотивация и упорство, то успех рано или поздно придет. Я вычленял отдельные участки показанной структуры, проверял их влияние на дыхание и организм, пробовал менять. Проводил аналогии со знаниями своего рода, развлекался на полную. Умудрился пару толстых тетрадок исписать, проверяя теории и догадки, записывал обнаруженные факты.

Поиск чужой магии у Орловых тоже был частью этого обучения. Мне кровь из носу нужно понять, что я готов противопоставить магам. И наработки появились, осталось найти как, а точнее, на ком их проверить.

Со стеной тумана дело обстояло иначе. Руку засунуть я мог секунд на десять. Дальше всё. Покалывание, жжение ириск получить травму в любой момент. Пасть яростно защищала свои секреты. Тем обиднее было, что маги прогуливались туда, как к себе домой. Интересно зачем? Возможно, если пробьюсь к центру, узнаю, что такое Пасти. Проклятые язвы этого мира.

* * *

Три дня посвятил тренировкам. В городе я засветился, будь неладна эта библиотека, поэтому выжидал. Три спокойных дня развития тела и способностей.

Тишина закончилась, когда Волчонок пришел ночью… Избитый. Лицо в крови, кулаки в кровь. Он ввалился в дом, кое-как дошел до кресла и рухнул в него. Что тут началось. Девочки мигом засуетились, пришла Тётушка и устроила разнос.

— Волчонок! Как это понимать? — орала она. — Сначала устраиваешься на работу, — это слово она произнесла с таким сарказмом, что слона насквозь пробить можно.— Скрываешь это от всех, думая, что они идиоты и ничего не знают, а потом заявляешься избитый. Я требую объяснений! Немедленно!

Единственная лампа в зале пару раз мигнула. Стучали навесные часы, старые и с отломанным куском, но работающие. Волчонок же закрыл глаза и хотел провалиться сквозь землю. Вокруг него собрались все. Тётушка нависала рядом, как гроза, готовая обрушиться на пацана, если тот не ответит. Дети от её криков сжались, как испуганные воробьи, и рефлекторно скользнули по углам.

— Я сам разберусь, всё нормально, — наконец тихо буркнул он.