Глава 14
Боцман Авдонин веревку опознал. Даже указал, от какой бухты она отрезана, и стал рассказывать, как какие канаты и веревки плетутся и для чего. Это Андрей пропустил мимо ушей. Мартын Наумович показал, и где вся бухта лежит — не то чтобы рядом с тем местом, где обтрепыш за борт зацепился, но недалече. И отрезать ее труда не составляло: шваркнул ножичком да пошел. Вот только отмотали многовато — конец сверху змеей завивался.
Звягинцев поднес его почти к самым глазам: кончик все же был не срезан, а перетерт. Сыщик хмыкнул: бухта-то хоть и меньше канатной, но все же не маленькая, тащить такую целиком — замаешься. А ножа у злоумышленника, похоже, как раз и не было. Отмотал конец, да к нему привязал груз и стравливал понемногу. А она возьми да и порвись.
Но что же такое на ней в воду спускали? Точно не девушку, больно уж тонка, не выдержала бы. Пропавшие ассигнации? Так те в карман сунуть не труд. Но Фекла их точно не брала. Не было на кофре ее пальчиков. Глафирины были и того стюарда, что кофр в каюту вносил. Даже не входил, у входа поставил, как Глафира наказала, да и пальцы свои только на ручке оставил. Проверил его Андрей магией — не врет. А еще Лидяша и старшая Летягина внутри отметились, но не сказать, что много наследили.
Андрей лихорадочно крутил в голове наболевший вопрос: толкнула его Холуева с борта со страху или потому что поняла: нашел он важную улику. Действительно важную. Если так, то выходит, она никакая не дура деревенская, а убийца закоренелая, и он, Звягинцев, у нее не первая жертва. Но ведь не похожа! Ладно, пусть посидит в трюме, проникнется, после он Феклу на тему подходящими вопросами наведет и точно уж выдоит из воровки правду.
Отпечатки у него имелись все. Но что если… не горничная, а кто-то поумнее, кто знал о дактилоскопии и надел перчатки, чтобы в каюту проникнуть? О Марининой магии этот человек точно не имел представления, не мог учесть. А ей перчатки не помеха. Но не развита еще способность помощницы, может где и ошибаться или того, кто хватался за кофр, не почувствовать. А то и вот так, как утром случилось: выплеснулась да на нет сошла. Надо все же сказать девочке, чтобы, как сможет, осмотрела остальную каюту. Шансов мало, но вдруг…
Но кто все же мог там похозяйничать? Кто-то из напыщенных гостей Котова? Тапер?
От одного воспоминания о фигляре руки сжались в кулаки. Этот мог. Защитник юных девиц! Сумма там была преизрядная — полгода спокойно можно в Китеже какую-никакую квартиру снимать. Вот и позарился, доходяга. Или кто из гостей сильно в деньгах нуждается? К примеру, к разорению близок, но скрывает. Вот как заводчик тот, Селянинов. Случается же. Или просто тоже готов взять, что плохо лежит, мало отличаясь от туповатой горничной? Или вовсе болен клептоманией? Хотя… хороша клептомания — на такую-то сумму. На дешевые побрякушки никто, кроме Феклы, не позарился, а клептоман точно не сдержался бы. Ну разве что Фекла его опередила.