Поставив на плиту сковородку, я принялся нарезать говядину на тонкие кусочки. О, какой аромат… Немного отбить для мягкости и будет идеально.

Налив немного масла в сковороду, я отбил мясо, а затем начал обжаривать. Примерно по сорок пять секунд с каждой стороны. Конечно, «медиум рейр» мне не нужен. Но и на подошву такую качественную говядину изводить не хотелось.

После того, как мясо отправилось отдыхать в фольгу, я взял вторую сковородку и сделал несколько идеальных глазуний из миниатюрных перепелиных яиц.

Теперь оставался последний штрих: моё фирменное масло для хлеба!

— М-м-м… Какой запах! — на кухню зашла светленькая девчушка, лет двенадцати на вид. Скорее всего, ученица гимназии, или что-то типа того.

— Привет! Хочешь попробовать?

— Конечно! — девчушка тут же подбежала к плите и внимательно всё осмотрела: — Дай угадаю… Крок-месье?

— Только в стиле брускетт.

— Вай! Как здорово! А ты новенький, да?

— Ага. Только сегодня поступил.

— Интересно. — девчушка тут же стала серьёзной и отошла к столу: — Слышала… экзаменатором была Амелия?

— Всё так.

— И она вас пропустила?

— Именно! Оп… — я взбил масло и слегка поджарил кусочки багета: — Ещё чуть-чуть…

— Здорово. А меня Амелия терпеть не может. — вздохнула девчушка.

— Правда? — удивился я: — С чего ты взяла?

— Она мне это лично сказала.

— Ну… Лера утверждает, что Амелия судит только пищу, а не людей.

— Это верно, но всё же… Не приятно.

— Готово! — я поставил тарелку с брускеттами перед малышкой: — Пробуй. Возможно, это залечит твоё раненое сердечко.

— Спасибо! — просияла девчушка и тут же взяла одну из брускетт.

Кстати, да. Надо бы тоже попробовать. А-то вдруг в маринаде есть ингредиенты, которые испортят вкус.

— Ого! — девочка очарованно посмотрела на меня: — Это… Просто божественно!

— Ох… Какое облегчение. — я сделал укус и почувствовал, как нежная говяжья отбивная переплетается со вкусом яичного желтка. А хлеб со взбитым маслом подчёркивали яркий мясной вкус, балансируемый глазуньей. Ощущение, будто я оказался во французской кафешке рядом с Эйфелевой башней. Вечер… Мимо меня проходят жители и гости города. Всюду запах жаренной картошки.

И прекрасная француженка с милой улыбкой подсаживается ко мне:

— Манифик!

— Откуда… — девочка незаметно умяла ещё две брускетты, а затем набросилась на меня: — Из какой академии ты пришёл⁈

— Да не из какой. Работал в шашлычке у Дяди Рубена.

— А-а-а-а… Дядя Рубен. — с грустью вздохнула девчушка: — Понятно.

— Не переживай! У тебя же всё впереди. Пока закончишь гимназию и перейдёшь в академию — будешь суперповаром! Поверь мне.