— Я ничего! Я просто лечил! Клянусь!

— Лечил, — кивнул я, беря его за мизинец левой руки. — Отличное начало. А что ты использовал кроме своего навыка лечения на мне? Чтобы я «плыл» и ничего не видел, пока твой дружок Коля работал?

Хруст кости был негромким, но очень отчётливым. Целитель взвыл, но я тут же зажал ему рот ладонью.

— Следующий палец. Говори. Кто заказчик? Коля с кем работал?

Слезы текли по его грязным щекам. Он был не боец, а подлый приспособленец, и его сопротивление лопнуло, как мыльный пузырь.

— Барановы! — выдохнул он, когда я убрал ладонь. — Всё для Барановых! Коля был их человек! Мне он сказал, что ты достал смотреть на него и попросил, чтобы я тебя выключил…

Я взялся за безымянный палец. Он затрясся всем телом.

— Клянусь, больше ничего! Они новую структуру собирают! «Объединённый Резерв»! Туда всех, кто в тюрьмах отсидел, но сильный! Их амнистируют, если они подпишут контракт с Барановыми! Коля был одним из первых! Он должен был убрать наследников Романовых в суматохе, и свалить!

Мысли в моей голове выстроились в чёткую, мерзостную картину. Эти выродки Барановы, пытались под шумок, руками уголовников, проредить конкурирующую семью. А я, слепая серая мышка, случайно вляпался в их разборку и всё испортил.

— А ты кто? Ты же не заключённый.

— Я… я целитель, — всхлипнул он. — С Инжинирингом работал. Меня завербовали… Долги. У меня долги были. Обещали списать. Сказали, это разовая работа…

Он выболтал всё. Имена нескольких других «амнистированных» охотников, прикрытия в городской администрации, через которые проходили контракты, и даже название временной базы «Резерва» — старый логистический терминал на севере города.

Я выжал из него информацию, как грязную тряпку, методично ломая пальцы на одной руке. Не из садизма, а для надёжности — чтобы знал, что отступать некуда, и чтобы на записи это выглядело… убедительно. Очень убедительно.

Когда он, всхлипывая, замолчал, я выключил запись. Документация на руках была отличная. Теперь я смотрел на него, жалкого и разбитого, и думал. Оставить в живых — значит, дать Барановым знать, что их раскрыли.

Но…

Я Эймон. Я — одиночка. Хладнокровный охотник, который добьётся своего любыми способами. Пускай, придётся, опять замарать руки.

Мозг лихорадочно соображал. Оставить его в живых — глупость несусветная. Сдать Романовым или «ОГО» — значит впустить в свою жизнь бюрократический ад и стать мишенью для Барановых.

С Барановыми я разберусь… надо им ещё добавить говна на вентилятор.

В общем, нужно было чистое, тихое, необратимое решение. И оно у меня было. Не самое элегантное, зато надёжное, как кирпич по голове.