— А мне-то что с того? — огрызнулся я. — Ваш брат был психопатом, который устроил бойню. А теперь этот психоз, похоже, фамильный. Ты слепа, Ира. И глупа. Вместо того чтобы бежать в первую попавшуюся дыру и прятаться, ты тащишь его сюда, на склад, и пытаешься вести дурацкие игры в шпионов. Вы как дети малые.

Витя вдруг застонал, схватившись за голову. Шарик света у его ног вспыхнул и погас, отбросив на стены безумные, мечущиеся тени.

— Они… они говорят… нужно открыть… разлом… — он выдохнул, глядя на меня пустыми глазами. — Если я это не сделаю через два часа, штраф…

«И ваше сердце остановится, — мысленно пробормотал я».

— … ваше сердце остановится!

Я посмотрел на них: на исступлённую, отчаявшуюся сестру и на её брата, медленно сползающего в ту же бездну, что и первый. В них не было ни капли здравого смысла, только инстинкты загнанного зверя и слепая родовая солидарность. Они были опасны не силой, а своей непредсказуемой, отчаянной глупостью. Как неисправная граната в маленькой комнате.

Они смотрели на меня — двое обречённых, запутавшихся в паутине, которую сплел их же род. Ирка — с мольбой и злостью, Витя — с тупой, отрешённой покорностью овцы, которую ведут на убой.

В его глазах мелькали те же цифры, тот же системный блеск, что был у меня, но они об этом не знали. И да, чуйка орала во всё горло: этот парень — бомба с тикающим часовым механизмом. Через два часа, или через два дня, но его рванёт. И хорошо, если он просто сам схлопнется, а не откроет очередной «белый разлом» посреди спального района.

— Уходи… — выдавила Ирина, и в этом слове не было ни просьбы, ни угрозы. — Я тебя услышала, где Капризова, ты не скажешь. Мы сами справимся.

«Вот и ответ. Не хотят они лечить эту болячку. Хотят мести. Витя станет куколкой Иры, во всех смыслах. Они будут открывать разломы, убить всех подряд. Идиоты, сраные. Кате отомстить за Игоря хотят, бездари тупые.»

Мозг, вопреки всему, работал с ледяной, безжалостной чёткостью. Вариантов было три.

Первый — развернуться и уйти, оставив их тут разбираться с их семейным проклятием. Но тогда через пару часов Витя, под давлением «системы», начнёт колдовать со пространством. И где он откроет эту чёртову дыру и что из неё вылезет — вопрос открытый.

Второй — попытаться что-то придумать. Связаться с Катей? Смысл?

Третий… Третий был самым простым и самым очевидным. Убрать угрозу здесь и сейчас. Сломать шею охотнику — и никакого Вити, никакого наследственного дара, никакой бомбы замедленного действия.

Третий вариант висел в воздухе, густым и неоспоримым, как запах озона перед грозой. Всё в этой ситуации кричало о его правильности.