Рядом топтался бледный капитан из местного гарнизона, что-то пытаясь объяснить. Светлана подняла руку, одним жестом обрубив его речь, и повернулась к Анне.

— Разлом классифицировали как S-ранговый, — констатировала она без предисловий. — По нашим данным, к эпицентру движутся не менее четырёх групп: Волынские, Суворовы, возможно, Шереметевы. Но все они А-ранг потолок. Нужно собрать отдельный корпус целителей, чтобы они смогли…

— S-рагновый? — перебила её Васильева. — Но… в Новгороде такие…

— А ты перебей меня ещё раз, — жестко парировала Светлана. — Среди S-ранговых здесь только я и моя сестра. Я отправила запрос Дмитрию Корга, он в базе классифицируется как охотник, который может достигнуть перерождения, а также, двум частникам из Москвы, которые в данный момент находятся в Новгороде.

Отчётливый, мерзкий холод, не имеющий отношения к температуре воздуха, прополз по спине. S-ранг. В Новгороде. Светлана не шутила, на это у неё не хватало воображения. В голове у Анны, будто под гул сирен, закрутился маховик мыслей, тяжёлый и беспощадный.

Всё катится в тартарары. Именно это слово, грубое и точное, вертелось на языке. Утро началось с рутинного вызова в промзону — нестабильный разлом, которые не закрыли вовремя, мобы и босс ликвидированы силами её взвода. Потом — тревога в районе Кречевиц, где род Власовых, вечно балансирующий на грани исчезновения, экстренно запросил подмогу против всплеска активности в их родовой зоне.

Она отправила туда две группы, оголив резервы. И вот, пока эти группы только втягивались в бой на периферии, самый центр города, «пуп» Новгорода, взорвался молчаливым алым пятном на карте. Не случайность.

Закон подлости? Нет, хуже.

Белый разлом. Открытые ворота. Каждая секунда — риск выхода чего-то такого, с чем не справятся даже все местные дворянские роды, вместе взятые. Волынские, Суворовы, Шереметевы — Светлана права, их потолок А-ранг.

Они полезут в драку движимые азартом, долгом или жадностью к добыче, и могут лишь стать разменной монетой. Город уже был на грани: режим ЧП, заблокированные мосты, парализованный центр. Сейчас главное было удержать периметр, не дать панике выплеснуться за оцепление и не пустить на улицы никого лишнего.

«А где же свои?»

Взгляд Анны машинально скользнул по лицам бойцов её группы быстрого реагирования, замерших в ожидании приказа. Молодые, зелёные. Хороши против мобов С-ранга и прочей мелочи, но не против S-ранговой угрозы. Остальные — в пригороде, у Власовых, или рассеяны по городу для поддержания порядка. Группа «Соболь» из Питера… Они были профессионалами высшего класса, но их присутствие здесь, в её оперативной зоне, было как нож в бок. Признание слабости. Признание того, что местные силы не справляются.