Алина глядела на отца с откровенным удивлением, но спорить не стала. Она знала: если Савелий что‑то вбил себе в голову, переубедить его невозможно. Она лишь сжала мою ладонь:

— Саш, если что — звони. Я приеду.

Я кивнул, стараясь изобразить максимум беспомощности и слабости. Пусть Савелий думает, что я сломан. Пусть считает меня жалким.

«Тишина, — мысленно позвал я, позволяя дяде грубо схватить меня за шиворот и волочь к выходу. — Что у нас по статам?»

«Полный ноль, — отозвался голос в голове. — Система тебя обнулила. Силы нет, ловкости нет, интеллекта ноль. Зато есть знание будущего и Искра, которая дремлет в ожидании подходящего момента».

«Савелий не поведёт меня в гостиницу, — я мысленно усмехнулся, шаркая ногами по полу, чтобы казаться ещё более измождённым. — У него на меня другие планы. Он потащит меня в ближайший разлом, как только мы отойдём от Корпуса. Ему нужно скрыть „несчастный случай“ от лишних свидетелей».

«И что будем делать?» — Тишина не скрывал интереса.

«Воспользуемся его планом, — мысленно ответил я, чувствуя, как холодный вечерний воздух ударил в лицо, когда мы вышли из здания Корпуса. — Савелий не знает, что я не тот наивный пацан, каким был полгода назад. Он думает, что я жертва. Отлично. Пусть думает так и дальше».

* * *

Мы вышли на улицу. Вечернее небо было затянуто низкими серыми тучами, моросил мелкий, холодный дождь. Мимо проносились машины, поднимая брызги из луж. Савелий крепко держал меня за локоть, его пальцы впивались в кожу.

— Ты мне устроил позорище, щенок, — прошипел он мне на ухо, когда мы отошли от охраны на достаточное расстояние. — В меня теперь будут тыкать пальцем. Савелий, у которого племянник падает в обморок при виде сферы! Ты понимаешь, что ты наделал⁈

— Дядя… мне плохо… — я намеренно споткнулся, заставив его тащить меня на себе. — Голова раскалывается…

— Сейчас тебе будет ещё хуже, — Савелий затащил меня в подворотню, где стоял его чёрный джип. — Садись. Воду пить не дам, страдай.

Я плюхнулся на заднее сиденье, тяжело откинувшись на спинку. Савелий завёл мотор и рванул с места, выжимая газ. Машина неслась по мокрым улицам города, оставляя позади освещённые огнями центральные площади.

Мы не поехали в гостиницу. Как я и предполагал, Савелий свернул на объездную дорогу, ведущую в сторону промзоны. Там, за высокими бетонными заборами, располагались несколько небольших разломов низкого ранга. Идеальное место, чтобы спрятать тело.

— Дядя, — я поднял голову, глядя на его затылок в зеркале заднего вида. — Куда мы едем?

— Заткнись, — бросил Савелий, не отрывая глаз от дороги. — Поговоришь мне ещё.