«Идеальный момент, — мысленно усмехнулся я. — Система не может меня считать. Она не знает, кто я. Я — чистый лист, на котором можно написать всё, что угодно. И я сам решу, что на нём будет написано».

Я остановился в шаге от разлома.

— Дядя, — я обернулся. — А ты помнишь, как умерли мои родители?

Савелий вздрогнул.

— Чего? — он вытащил пистолет, направив его на меня. — Какая разница? Иди!

— Я долго думал об этом, — я сделал шаг к нему, игнорируя направленное дуло. — Они погибли в разломе С‑ранга, да? Странно. Отец был опытным охотником. И мать была целительницей. Как они могли не справиться с С‑рангом?

— Заткнись! — Савелий взвёл курок. — Ещё один шаг, и я прострелю тебе колено! Иди в разлом!

— Ты ведь специально выбрал этот разлом, да? — я продолжал, как будто его не слышал. — Е‑ранг. Слабые монстры. Ты думаешь, что я, полуживой сирота без ранга, легко стану их добычей. Но ты не учёл одного, дядя.

— Какого⁈ — Савелий почти кричал, его рука дрожала.

— Я не тот, кем кажусь, — я улыбнулся.

И в этот момент система, дремавшая в моей голове, выдала новое сообщение.

«Обнаружен конфликт интересов. Хост: Громов Александр Сергеевич. Цель: Савелий Громов. Анализ вероятностей… Инициация боевого протокола Аномалии».

«Тишина, — мысленно скомандовал я. — Запускай Искру. Минимальная мощность».

«Саня, ты сдурел? Тебя разорвёт на части!»

«В этот раз — нет, — отрезал я. — Система меня обнулила, но Искра — это не статы. Это часть меня. Системный сбой. Запускай!»

Савелий выстрелил.

Травматический заряд просвистел мимо моего уха, задев плечо. Боль была резкой, но не критической. Я не отреагировал на неё.

А затем, из моей груди, пробивая кожу и ткань рубашки, вырвался тонкий луч концентрированной энергии. Искра, адаптированная под этот мир, вспыхнула с ослепительным светом. Она не была такой мощной, как на 185 уровне. Она была крошечной, нестабильной. Но этого было достаточно.

Луч ударил Савелия прямо в руку, державшую пистолет.

— А‑а‑а! — дико завопил дядя, выронив оружие и хватаясь за обугленную кисть. Запах горелого мяса ударил в нос.

Я шагнул к нему. Мои ноги больше не дрожали. Слабость отступила, сменившись холодным адреналином. Я не стал его убивать. Просто ударил ногой в живот, отправляя его на колени.

— Я не стану тебя убивать, дядя, — я наклонился к нему, глядя в его выпученные от боли и ужаса глаза. — Во‑первых, ты мне ещё нужен. А во‑вторых… мне некуда спешить.

Савелий захрипел, пытаясь отползти от меня.

— Ты… ты… что ты…

— Я — Аномалия, — я выпрямился. — И завтра, на повторной инициации, ты приведёшь меня в зал сам. Ты будешь улыбаться и говорить всем, что со мной всё хорошо. Ты будешь оплачивать моё обучение в лучшей школе охотников. Ты будешь давать мне деньги на экипировку. А если ты вздумаешь пикнуть кому‑то о том, что здесь произошло… — я позволил синим искрам пробежать по кончикам моих пальцев, — я вернусь. И в следующий раз я отниму не руку, а голову.