Я в ужасе смотрел, как парень на полу корчится от боли. Системное окно билось в конвульсиях, выдавая потоки красного текста.
«Сбой инициализации! Слияние сущностей невозможно! Хост нестабилен! Угроза повреждения ядра Сектора! Активация протокола блокировки!»
«Нет! — завопил я, забившись о невидимую стену. — Нет, стоп! Не блокируй его! Инициализируй! Ты должна его инициализировать!»
Но Система этого времени была тупой, примитивной программой. Она не обладала гибкостью того Управления из будущего. Она работала по жёстким алгоритмам. Обнаружив неустранимый сбой в хосте, она приняла единственное логичное решение.
Золотое окно вспыхнуло красным.
«ПРОЦЕСС ПРЕРВАН. ХОСТ ЗАБЛОКИРОВАН. ПРИЧИНА: КРИТИЧЕСКАЯ СИСТЕМНАЯ ОШИБКА. СТАТУС ХОСТА: КОМА».
Парень перестал кричать. Его тело обмякло, он кулем осел на пол, заливая себя пролитым кофе. Глаза закатились, показав белки. Грудь, которая только что тяжело вздымалась, замерла.
Я стоял за стеклом, прикованный к месту, и смотрел на собственное тело, лежащее на грязном линолеуме. Мёртвое? Нет, я всё ещё существовал, значит, время не рухнуло окончательно. Но и живым его было не назвать.
Система заблокировала меня. Самого себя.
«Тишина, — мой мысленный голос был сухим и пустым, как выгоревшая степь. — Что теперь?»
«А что теперь? — Тишина звучал надломленно, словно пережил паническую атаку. — Мы в петле времени, Саня. Наше прошлое „я“ впало в кому до начала Инициации. Оно не получило ранг. Оно не сбежит от Савелия. Оно не попадёт в первый разлом. Оно не встретит Уса, Ката, Жигано. Оно не закроет портал в Гатчине. Оно не получит Искру Пустоты. Всё, что мы сделали, всё, через что прошли, — стёрто. Аннулировано. Потому что Система тупо зависла на нашей двойной сущности.»
Я смотрел на тело. На лужу кофе. На багровое небо за окном, которое постепенно начинало бледнеть. Система, заблокировав хост, сворачивала процесс Инициации, возвращая мир в исходное состояние…
«То есть мы застряли? — спросил я. — Навсегда? Я буду вечно торчать за этим стеклом и смотреть, как я гнию в коме, пока дядя Савелий не сдаст меня в психушку или не прирежет ради наследства?»
«Не обязательно навсегда, — Тишина задумчиво хмыкнул, хотя в его голосе всё ещё дрожал напряжение. — Мы — аномалия. Мы — вирус. Вирус умеет адаптироваться. Система заблокировала тело, но она не может заблокировать нас, потому что мы не привязаны к этому телу. Мы — гость. Сбой в матрице.»
«И что нам это даёт? — я в ярости ударил по невидимому барьеру, и, к моему изумлению, по плёнке прошла короткая, едва заметная синяя рябь.»