— Вот и нарушители, — тонким голосом сказала одна из фигур. — Сюдри, я извиняюсь, ты был прав. Смотри-ка, это вовсе не чудовища, а вполне обычные людишки.
Дилль и король застыли, а Гунвальд, тихо рыкнув, одним прыжком покрыл расстояние до этих двоих, посмевших встать на его пути. Реакцией воины в тёмном обладали отменной — они не только не были убиты мечами каршарца, но и тут же вступили в бой. Тот, кого именовали Сюдри, атаковал Гунвальда с правого бока, в то время как его напарник обошёл каршарца слева и ждал удобного момента для атаки. Гунвальд, превратившийся в смертоносную мельницу, заставил отступить первого противника, затем обернулся ко второму и успел отбить его выпад. От ответного удара каршарца воин в тёмном с трудом уклонился и едва не упал — если бы не его напарник, вновь атаковавший Гунвальда, быть бы ему мёртвым.
Король дёрнул Дилля за рукав.
— Уходим, пока он отвлекает их внимание.
Дилль понимал, что помочь Гунвальду он ничем не может — проклятье, у него даже бронзового подсвечника больше нет! Скрепя сердце, он бросился вслед за королём, но один из воинов увидел их попытку сбежать и преградил дорогу.
— Ну, нет, вы останетесь здесь.
Каким чудом каршарец успел отбить меч, направленный в грудь короля, осталось загадкой для всех. Мало того, Гунвальд смог даже чиркнуть по груди противника, тёмные одежды которого тут же заалели на месте разреза.
— Это тебе за короля! — сказал Гунвальд.
Второй пришёл на помощь напарнику, и удары сталкивающихся мечей перешли в непрерывный звон. Не выдержав напора каршарца, противник отступил, и тут же его меч, описав сверкающую дугу, упал на сырую землю. Добить его каршарец не успел, так как на него насел тот, кого он подранил.
— Погодите, я вам ещё за смерть Орхама отплачу, — прорычал Гунвальд. — Давай, иди сюда!
Обезоруженный воин поднял меч, но не стал нападать.
— Что ты сказал?
В этот момент, когда воин остановился, Дилль сумел разглядеть его глаза. Огромные, с узкими вертикальными, как у кошки в полдень, зрачками. Такие же бывают у Тео, когда он находится на ярком свету.
— Гунвальд, да это же вампиры.
— Тем хуже для них. Смерть предателям! — и Гунвальд набросился на того, кто был ближе к нему.
Два меча каршарца замелькали с такой скоростью, что слились в сплошное сияющее марево. Вампир ещё отбивался, но всем — даже Диллю, в фехтовании сведущему не больше, чем в вышивании позолотой, было понятно, что долго так продолжать тот не сможет.
— Что вы знаете про мастера? — второй вампир молнией метнулся к Диллю и приставил остриё меча к его горлу.