— Тьфу на тебя, шут! Сегодня ты никуда не пойдёшь. Сиди в зале и жди нашего возвращения.

Лицо Дилля, рассчитывавшего сегодня добраться до муаров, вытянулось.

— И чем мне заниматься?

— Чем пожелаешь. Хочешь — спи, хочешь — наблюдай за слиззами в чанах. Но чтобы к моему возвращению твоя драгоценная персона была здесь. Исчезнешь — не обижайся.

Дилль, конечно, согласился — надо быть полным безумцем, чтобы нарываться на удвоение штрафов, которым Согвин пригрозил в самом начале разговора.

Когда Согвин и Ильминг ушли на охоту за слиззами, Дилль освободил место на одном из столов, собираясь вздремнуть, раз уж представилась такая возможность. Но едва он взгромоздился на стол, как понял, что спать совершенно не хочет, хотя до этого провёл бессонную ночь. Он побродил по круглому залу, понаблюдал за копошащимися в чане слиззами и решил, что совершенно незачем понапрасну тратить время.

— Займусь-ка я заданием мастера Иггера. Вот только где здесь взять песок?

После недолгого колебания Дилль решил заменить песок пылью, горку которой он обнаружил между чанами. Достав бумажку с заклинанием, Дилль погрузился в разбор каракуль, которые даже с натяжкой трудно было назвать почерком.

— Как он там говорил? Проникнуться заклинанием? Да как же я им проникнусь, если я половины написанного разобрать не могу? Ну и почерк… Жизнь человека — это энергия в коконе плоти. Плоть — лишь скелет основы и подчинена высшей магии, что внутри разума. Что за идиотские выражения? Да если я проникнусь этой бредятиной, я стану таким же сумасшедшим, как старик Иггер! И, возможно, таким же лысым.

Дилль с трудом разобрал всю писанину, после чего принялся заучивать заклинание, каким бы странным оно ни было. Раз Иггер его дал, значит, оно должно сработать. Ведь заклинание снятия блока почти заработало.

Повторив текст раз двадцать, Дилль почувствовал, что морально готов — ещё немного, и он точно начнёт сходить с ума. Он уставился на горку пыли, в которой виднелись крупинки соли и несколько деревянных щепок, и принялся декламировать заклинание, пытаясь представить, как горка разваливается. Дилль изо всех сил пожелал, чтобы произнесённое им воплотилось в действительность — как это рекомендовал делать мастер Китан.

Ни с первого, ни со второго раза у Дилля ничего не получилось — горка пыли лежала нетронутая. После, наверное, седьмого прочтения заклинания, Дилль почувствовал, как в нём просыпается слабое тепло — ещё не накопленная энергия, но её предвестник. Воодушевлённый, он забубнил текст, одновременно пытаясь раздуть внутри себя искру магии. Тепло превратилось в лёгкое жжение, и Дилль с изумлением увидел, как горка пыли зашевелилась под его взглядом.