Не знаю, с кем ранее сражался Вяземский, но судя по его намерениям, с настоящим мастером он не встречался. Потому как действовать начал, словно сражается против копейщика. Фатальная ошибка.

Я даже не стал поднимать меч, опирающийся острием в пол, лишь встал в стойку, чуть отклонив рукоять на себя. Возможности противника мне известны — видел его дуэль с маркизом, а вот я для него непонятен. Так что пусть попробует атаковать.

Первый удар, щитом, я почти не почувствовал. Второй, мечом, принял на гарду клеймора, и тут же толкнул противника в щит, отбрасывая его назад. В зале тут же послышались возгласы удивления. Да что вообще происходит с этим новым миром, где так превозносится короткий меч? Даже у воина с копьем против меня больше шансов.

Вяземский вновь попробовал атаковать, и опять безуспешно — в этот раз я действовал жестче, и его отбросило ещё дальше. После чего уже я пошёл в атаку. Правой ногой шагнул вперед, и нанёс восходящий удар, прямо под щит. Граф едва успел отступить, чтобы мой клинок не достал его. Далее с моей стороны последовал короткий обратный удар. Тяжелый клеймор почти вывернул щит из рук противника, и следующее движение клинка, опять восходящее, Вяземский попытался отбить своим мечом. Только куда ему с его лёгким оружием. Мне осталось лишь довернуть двуручник, чтобы остановить попытку графа контратаковать, а затем с силой нанести четвертый удар — колющий, прямо в раскрытую грудь противника.

Если бы у меня в руках было боевое оружие, Вяземский был бы уже мертв, и никакие медкапсулы не помогли бы. Однако острие клеймора было тупым, и в итоге граф отделался лишь сломанными ребрами, и падением на пол. Я же опёрся на двуручник и замер, глядя на неподвижно лежащего противника. Не стал убивать, сдержался. Одно дело, если мне будет создавать проблемы наглый, но глупый сынок. Совсем другое, если за мой род возьмётся его разъярённый отец.

— Реаниматор, живо! — скомандовал инструктор, снимая барьер, и бросаясь к Вяземскому. Опустившись на колено, прижал ладонь к шее графа, и с облегчением добавил: — Живой.

— Мастер Всеволод, вы же сказали, чтобы без смертоубийства. — произнёс я.

— Тренировка на сегодня отменяется! — громко сообщил инструктор, после чего повернулся ко мне: — А вас, Огнев, попрошу остаться.

* * *

В кабинете мастера было уютно. Да и называть небольшое помещение кабинетом было неверно. Здесь, помимо стола, полок и двух стульев, присутствовал диван, так что скорее это была комната отдыха.

— Удивили вы меня, граф. — произнёс наставник, разливая из маленького пузатого чайника свежезаваренный чай по чашкам. До этого инструктор хранил молчание, позволив мне осмотреться. — Угощайтесь, такого чая вы еще не пробовали. Сбор с моих родовых плантаций.