В тяжёлые минуты человек черпает силы в самом сокровенном. Забавно, что для сильной и властной Мэй, которую я готовил в свои заместители, этим оказалась мать. Девушка бросилась не к входной двери, а открыла ванную, где томилась Люн. Ещё одно неисполненное обещание. Я ведь искренне желал спасти женщину, правда недостаточно сильно чтобы наплевать ради этого на собственные интересы.

Агафья догоняла жертву широкими прыжками, отвлекаясь на шинкование стен и ламината. Мэй истекала кровью на кухне, спрятавшись между холодильником и раковиной. Хотел бы я чем-нибудь помочь, но все Цои кучковались в районе крыши. Ведьма позаботились о них заранее.

Вообще волшебница выглядела не лучшим образом. Она что-то бормотала себе под нос, часто целовала катану, разрезая губы и совершала кучу ошибок. С её способностями нет смысла гоняться за Мэй, достаточно приказать подойти. Но ведьма упрямо ломилась вперёд по коридору, словно растеряв остатки разума.

Из ванной вывалилась Люн, перекрыв дорогу Агафье. Женщина сильно изменилась: седые волосы, высохшая кожа, через которую поступали косточки. Мозговой слизень не терял времени даром. Тварь раздулась и просто сочилась здоровьем. Очевидно, именно она управляла движениями Люн, как бы Мэй не надеялась на материнский инстинкт. Слизень решил сменить носителя.

Всё что нужно было сделать Агафье: проткнуть существо острием. Вместо этого она прокрутилась вокруг своей оси и засадила лезвие в дверь. Аномалия проявила больше разума, прыгнув на девочку. Люн опала безвольной куклой. Прости хозяйка, не уберег я тебя.

На секунду показалось, что для ведьмы все закончится прямо здесь. Слизень жадно выпустил присоски, стараясь достать мозг. Но Агафья все ещё была сильна, несмотря на помутнение сознания. Почувствовав, что напал на опасную цель, паразит отвалился и предпочёл умереть в корчах на полу. Так и знал: у магии разума преимущество перед этой аномалией! Надо было рискнуть и сорвать слизня в самом начале. Информация решает все, теперь ясно почему Фонд сосредоточился на исследованиях и экспериментах.

Больше смотреть было не на что. Мэй тихо истекла кровью на кухне, перестав дышать. Агафья постепенно вытаскивала катану. Я вернулся в своё тело и сел, обхватив голову руками. Положение становилось все хуже с каждой минутой. Такими темпами к утру я останусь единственным представителем ГОК. Сам себе слуга, господин и личная армия. Правда в этом есть свои преимущества. Некому будет предавать. Скрежет металла по обшивке застал меня врасплох. Агафья долбила в дверь катаной, словно дубинкой.