— Да пошли вы все! — крикнул я, но из демонической глотки вырвался грозный рык.

Хватит с меня сражений. Взмахнув крыльями, подлетел выше и со всей дури ударился о прозрачный купол. От моей головы по барьеру разошлись причудливые узоры, но продавить преграду не вышло. Вместо этого через шкуру прошел слабый ток, сбив меня с толку и в ту же секунду раздались первые выстрелы. Никто не собирался давать мне послаблений: крупнокалиберные пули из снайперских винтовок разрывали крылья в лоскуты. Полет прервался толком не начавшись, я тяжелым мешком упал на землю.

Солдаты приближались, окружая плотным кольцом. Сами напросились, я просто хотел покинуть город. Закрыл глаза, дотянулся разумом до снайперов. Красивая должно быть картина: двенадцать человек синхронно выхватывают пистолеты и пускают себе пулю в лоб. Массовый суицид, просто и эффективно. С остальными можно поступить так же, но я захотел выяснить новые пределы. Я превосходил любого из присутствующих на две головы, в прямом и переносном смысле слова и они это ощущали. Ментальное давление прижимало их к земле.

Если сейчас сесть и составить список всех моих возможностей, он займет сотню пунктов. Так что я не перечислял, а сразу использовал умения: дезориентация, страх, печаль, ярость, отчаяние. Эмоции расходились волнами, превращая опытных солдат в визжащих девчонок. Они бегали по развалинам, сталкиваясь друг с другом и расстреливая лучших друзей. Многие предпочли застрелиться, лишь бы не чувствовать неотвратимый ужас моего присутствия. Я не останавливал их, сюда пришло несколько сотен людишек, подопытного мяса хватало. Вселившись сразу в трех автоматчиков, выкосил группу беспомощно валяющихся подрывников. Этих ребят я наградил индивидуальными иллюзиями: каждому то, чего они боялись в самых жутких кошмарах. Кроме главного. Их капитан оказался буддистом и смеха ради я внушил ему самую настоящую нирвану. Он со слезами радости побежал обниматься с соратниками. К сожалению они не разделяли его воодушевления и со страху закололи командира армейскими ножами.

Я не рассчитывал драться, но мне не оставили выбора. Несмотря на все ухищрения, пули часто достигали моего тела, иногда даже удачно попадая в слабо защищённые места. Противники были отнюдь не дураками и не хотели становиться мальчиками для битья. Они старались держаться за пределами барьера, но мой разум находил их и там, граница не являлась преградой. Когда с первой партией солдат было практически покончено, на севере показался свежий отряд. Причем я его увидел, а не почувствовал. Каждый боец носил мотоциклетный шлем из стекла, экранирующего ментальное воздействие. Атаку кто-то координирует! Разумная мысль, но почему-то она пришла мне в голову только сейчас. Выставив остатки первой партии солдат в качестве живого щита, я позвал свою команду из бомбоубежища. Негоже стоять в стороне, пока командир отдувается за всех.