Рабочие забеспокоились, озираясь. Сначала я думал, что они так реагируют на меня, но затем различил смутно знакомый детский плач. Видимо, не все аномалии остались похоронены под обломками старой базы. Звук усиливался, пока мы не достигли высоких дверей, покрытых рунной вязью. Любители фэнтези назвали бы их эльфийскими, но я сильно сомневался, что внутри вековечный лес. Чёрный человек завис перед створками, заинтересованно осматривая надпись. Я с трудом разобрал осовремененную вариацию арамейского:

— Здесь правит Королева, что не родилась в городе без ворот. Вспоминает о войне, в которой не сражалась… Бессмыслица какая-то.

Тренер почесал лысину.

— Всегда считал, что это просто рюшечки, для красоты. — плач сменился бульканьем и мужчина нахмурился. — Неужели опять? Отходи!

Я едва успел сделать шаг в сторону: из-под двери толчками вытекала вязкая чёрная жижа, напоминающая нефть. Тренер раздражённо давил на красную кнопку настенного пульта.

— Эй, заснули что ли? Ваша подопечная в двенадцатой камере опять напрудила, пришлите команду очистки!

— Сигнал принят, — с такой формулировкой это запросто могла быть запись автоответчика.

Тренер не позволил мне задерживаться и вживую понаблюдать процесс очистки, увлекая дальше по коридору.

— Говорят, жидкость безопасна, но я в этом сильно сомневаюсь. Вот зачем помещать объект на жилой этаж? Иногда мне кажется, что доктора совсем двинутые, и однажды пожертвуют нами ради глупого эксперимента.

Я хотел ему возразить, но вспомнил состояние Франца. Возможно, двинутые — это ещё мягко сказано. Их фанатичное желание проникнуть в суть вещей могло соперничать с моей жаждой магии. Не люблю иметь дело с себе подобными. Мотивы обывателей куда легче просчитать: если кто-то ведёт себя странно, значит, замешаны деньги. Для идейных всё иначе.

Миновав строительные леса и ровно сложенные штабеля материалов, мы вышли из тоннеля прямо к крупному спортзалу. Это помещение напоминало вытянутую арену с десятком рингов. Между ними умещались всевозможные тренажёры, большая часть из которых оказалась занята. Люди потели, будто готовясь к олимпиаде. Впрочем, учитывая, что на кону стоит их жизнь, они не зря упражнялись на совесть. Шею коснулся прохладный ветерок: даже на такой глубине вентиляция работала превосходно.

— Разогреешься в процессе. На ринг!

Лысый будто боялся, что найдётся причина отлынивать от тренировки. Краем глаза я зафиксировал положение Чёрного. Посмотрим, прав ли я насчёт нетерпеливости.

— Чемодан тоже часть одежды?

— Не зубоскаль, — я положил свои сокровища на видное место. — Лучше пойми, что мне необходимо.