Странно, что у Наташи не было личного компьютера. Конечно, с её мозговой активностью она сама обладала мощными вычислительными способностями, но запомнить все важные аномалии просто нереально. В кейсе же оказались сумбурные документы, отобранные по непонятным критериям: личные дела сотрудников, папки объектов, подробный график поставок янтаря. Наверняка я бы смог в этом разобраться, но чёртова записка не позволяла сосредоточиться на текстах, привлекая внимание.

“Я всё знаю, Нова”. Почерк торопливый, размашистый. Трудно сказать, женский или мужской. Ещё сложнее решить, что со всем этим делать. Насколько слова серьёзны? Кто мог её написать? Франц был всё время со мной и слишком занят аномалиями. Локки вполне мог успеть, но зачем такие сложности? Ради выслуги агент давно бы обезвредил меня сам. Кроме этих двоих я ни перед кем не подставлялся. Оставалась совсем уж безумная теория, что Наташу специально устранили с помощью меня. Учитывая что я всё ещё дышу, эта казалось наиболее вероятным. Сложно вообразить сколько всего должно сложиться ради такой схемы. Но почему бы и нет? Для великого и ужасного Куратора Наташа подставилась слишком легко. Может, постарался один любитель чёрного цвета?

Бывший учитель нагнетал обстановку не хуже письма. Нет, он не бросался на меня с воплями, пытаясь напугать. Но всем своим видом показывал, что я зря ищу встречи. В какой-то момент его лицо начало менять форму. Кажется, промелькнуло моё, но сразу скрылось за смутно знакомым портретом политика. Образы сменялись всё быстрее, черты искажались. Череп вытянулся в подобие козлиного и три пары глаз размылись на разной высоте. “Теперь мы играем в дьявола?” родилась насмешливая мысль и тут же умерла. Безотчетный, противоестественный страх приковал меня к месту. Боги милосердные, какие силы я дёргаю за бороду?

Когда в дверь постучали, я уже был сильно взвинчен. Настолько, что всерьёз планировал выбираться из этого подземелья силой, отстреливаясь от охраны и выпустив пару аномалий по пути. Просто чтобы не свихнуться, вглядываясь в Чёрного человека. Старею, раз на ум приходят только былые решения. Однако выход из кабинета располагался там же, где и вход, а стук не прекращался. Надо распорядиться вкрутить в дверь глазок, чтобы такая ситуация не повторилась. В узкую щель для писем виден только спортивный джемпер на молнии. Спрашивать “Кто там?” показалось несолидно, и я нажал на кнопку открытия дверей, готовый ко всему.

Лысый мужчина в проёме внушал уважение. Несмотря на дружелюбную улыбку и лишний вес на боках, он выглядел опасным. Сжатым словно пружина, подготовленным. При желании он скрутит меня за пару секунд. Правда, мужчина один, но это ещё ничего не значит.