Я упал на кучу синюшных шевелящихся трупов. Прямо перед лицом открыла рот в беззвучном крике женщина, ее придавил волосатый толстяк с белой майке. Рядом кто-то пронзительно выл. Несколько секунд мне понадобилось, чтобы понять, что мертвые остаются мертвецами, а дрожит не женщина, а всё вокруг — я находился внутри движущегося на полной скорости поезда. Просторный пассажирский вагон с сидячими местами и крупными окнами. Завывания оказались ветром, задувающим в разбитые стёкла. Здесь явно была перестрелка, но трупов куда больше, чем пассажирских мест. Тела валялись между диванами и в проходах, их подбрасывало в такт перестуку колёс. Состав жалобно скрипнул, поворачивая, и я завалился на обугленного мужчину в парике, больно стукнувшись локтём.

— Ай! Да откуда вас столько?

— Издержки, — гнусавый голос доносился из конца вагона. — Никогда не знаешь, что ждет с той стороны двери. Ближе к тебе лежат добровольцы, но после пятидесятой смерти желающих не нашлось. Пришлось действовать силой. Бедные ничтожества.

Осмотревшись, я заметил на поясах некоторых трупов альпинистские веревки. Иногда они практически перерезали тела пополам.

— Первопроходцы, значит. Убеждать не пробовал?

Олег вышел вперед. Кожаная куртка и чёрные джинсы с кедами. Обычный подросток. Разве что закрытый мотоциклетный шлем на голове и автомат в руках портил типичную картину.

— Отпуск давал в Диснейленде и серфинг на Мальдивах. Не-ка-на-ет. Когда на ниточке возвращается только обглоданное туловище — убегают даже самые стойкие. Ты, кстати, удачно зашел. Проверишь для меня одну дверцу? Там что-то маленькое: люк подлодки или орбитальной станции. Интересно же, правда?

В проходе между вагонами за его спиной клубился знакомый туман, но он закрывал только нижнюю половину двери. Выше виднелось багажное отделение с чемоданами. Рядом с проходом налеплен ламинированный плакат с красным кленовым листом и широкой надписью: “Canada-travel”. Далековато мы от родины.

— Я здесь не за этим, Олег, — парнишка не обратил внимание на то, что мне известно его имя. — За тобой пришли, особняк окружен.

— Особняк? Како…а, мой коттедж? Ну ты и старпёр, обычный таунхаус особняком называть. Да пофиг, другую базу сделаю. Нужны только люди для проверок. Давай, шагай уже!

Он неловко мотнул дулом автомата, прострелив потолок.

— Ой, еще не привык к этой штуке. Вчера открыл порт к ангарам американской армии. У меня теперь танки есть, прикинь? Только где взять танкистов…

Видимо, парню хорошенько сорвало крышу от собственного могущества и вседозволенности. Четвертая фаза во всей красе, с таким каши не сваришь. Он даже не слышит, что я говорю. Единственный мой шанс — напасть, когда буду проходить мимо него. Осторожно ступая между телами и держась за спинки диванов, пошел на сближение. Я не мастер рукопашной схватки, но он просто щуплый мальчишка с завышенным эго. Олег все еще разглагольствовал о кадровом голоде, когда я пнул по его рукам, выбив автомат в окно. А дальше всё пошло не слишком гладко. Схватив парня за запястья, я провалился в сумбурный поток подростковых мыслей. В каком-то смысле их было проще уловить и понять: пятна мгновенно формировались в яркие образы. Он очень сильно боялся, но совсем не меня. Парень страшился потерять нечто важное, спрятанное у сердца, под одеждой. Что-то хрупкое. Когда я практически понял, что именно, Олег разорвал контакт, смачно ударив меня шлемом в лицо. Судя по фонтану крови и боли — нос сломан.