— Направо к гаражу! — сказал я по-русски, забыв, что гаитянец не знает языка.
Рядом взревел двигатель, а затем негр схватил меня в охапку и сбил с ног, позволяя мощному хаммеру проехать над нами. Я успел заметить удивлённое лицо женщины в белом костюме за рулём, и разъяренное — доктора Андерсена на пассажирском сидении. Даже не затормозили! Впрочем, при таком ливне нас заметили в последний момент. Вскочив, ощупал себя: комбинезон заляпало грязью, но я остался цел. Машина, не останавливаясь, на полной скорости уезжала в лес.
Прежде чем я успел обрадоваться, по спине прошёл неприятный холодок. Что может заставить должностное лицо покинуть вверенную ему базу, не обращая внимания на разбегающиеся объекты?
— Run! Run to the forest! (Беги! В лес!) — крикнул я гаитянцу, изо всех сил спеша к ближайшим деревьям.
Негр ожидаемо оказался быстрее меня. Особенно в лесу, где я то и дело запутывался в кустах и запинался о коренья. Папаша Эш бежал так, словно родился в этих местах и знает тут каждую кочку.
Мы не успели. Ярко-жёлтый огонь от взрыва не достал до нас, но ударная волна, разламывающая деревья в щепки, подбросила меня в воздух, как куклу, швырнув на крупную сосну. Мир померк. Шум от взрыва, уничтожившего базу, я так и не услышал.
Глава 9. Гордость насекомых
Воздух дрожит от жара солнца, маленькие птички щебечут с верхушек тропических пальм. Рай? Неужели я умер? Помню горячую струю, бьющую в спину и широкий ствол дерева. Здесь у меня даже нет тела, только глаза. Хотя, после экспериментов с астральной проекцией, это не казалось чем-то необычным. Не могу сдвинуться с места, но, по ощущениям, будто парю, опираясь на воздух. Вдалеке слышится детский смех и приятные голоса, но рядом людей не видно. Вокруг идеальный пейзаж: рукой подать до небольшого портового городка и бескрайнего океана. На воде множество дорогих яхт и огромных круизных лайнеров. Они смотрелись нереально: гладкие линии, отсутствие деталей — будто обложка глянцевого журнала. Сладкий аромат спелых фруктов и жареного мяса. Хм, а как я узнал, что пахнет именно этим? Я же не чувствую запахов.
— Асхаша шамал вирту. Эсхон, — хриплый голос окончательно разрушил идиллию.
Обстановка резко изменилась. Холодные капли дождя стекали за шиворот, чавкала гниль под ногами Папаши Эша. Пыхтя и бормоча проклятия, он тащил меня по лесу, закинув на спину. Я не сразу сообразил, что райские кущи существуют только внутри его сознания. Здоровяк полон сюрпризов. Оборвался мысле-контакт вовсе не из-за моего понимания или бормотания Эша. Просто я начал сползать, и гаитянец перехватил меня не за запястья, а за скрытые под комбинезоном локти.