— Господин Селгей? С фами фсе ф полядке? Хатите есть? — я поморщился от говора корейца. Раньше это раздражало куда меньше, но после мысле-речи само произношение слов казалось пережитком прошлого. Всё равно что писать чернилами и гусиным пером.

Теперь я занимал место старика за столом, а Мистер Чанг замер, вытянувшись по струнке. Остальную семью мы выставили вон: раменная сама собой не работала.

— Позже. Подойди и сядь рядом.

Запоздало сообразил, что в комнате нет стульев, кроме кожаного кресла, которое занимал сам. Но старик уже сидел на полу возле меня, согнув колени и покорно склонив голову. Словно верный пёс. Может для корейцев такие проявления нормальны, но с моей стороны это выглядело дико. Как там говорят? В чужой монастырь со своим уставом не ходят? Проще мне привыкнуть, чем ему перевоспитаться. Вздохнув, я положил ладони на его лысину. Окунувшись в воодушевление старика:

Служить верно. Девять пустых поколений без магов, и теперь у нас есть шанс. Оправдать доверие. Возродиться в новой силе и славе!

Мысли читались легче. Наверное, из-за повторного контакта или страстного желания старика открыться передо мной. А может, роль сыграло то, что я касаюсь головы. Надо будет поэкспериментировать с разными частями тела.

— Чего вы хотите? На самом деле.

Наказать наших врагов, проучить основную ветвь клана. В нас никто не верит, считают мечтателями и высокомерно глумятся. Это унизительное положение сохраняется веками.

— Знакомое чувство. Но я не нанимался решать ваши проблемы, — конечно, это лучший способ завоевать настоящую лояльность, а не покорное раболепие, но жизнь у меня одна и крайне короткая. — Как велика основная ветвь?

Сто пятьдесят человек. Хотя, если считать слуг и наёмников, чуть больше двухсот. Обычно челядь не учитывают, но когда дойдёт до войны, это станет роковой ошибкой. Среди них встречаются выдающиеся экземпляры.

— О войне пока речи не идёт. Сколько вас? И что там с артефактами?

Нас двадцать, но в России всего девять. Шестеро отправились с экспедицией, вскрывать старый храм. Я уже известил их о вашем могуществе, и они принесут присягу когда вернутся в город. Остальные потеряны для семьи. Откололись и сбежали, ничтожные предатели! Мы их найдём и накажем, дайте срок!

Я уже жалею, что спросил. Это же сколько имён придётся запомнить?

— Артефакты, Чанг! Не отвлекайся, — какой он злопамятный и мстительный, а с виду — божий одуванчик.

Почти всё отдаем главной ветви, чтобы они позволяли нам жить. Я скрываю у себя лишь безделушки и некоторые книги. Их тоже отдаю, но чуть позже. Клан безжалостен, их не обмануть! Взамен они прикрывают нас от других заинтересованных организаций, вроде Фонда.