— Не думаю, что у меня будет повод запустить лапу в фонд… — сказал я одобрительно кивающему графу, тут же обламывая благодушие «родителя», — …только разве что один раз в ближайшее время. Я собираюсь посетить «Пещеру Дракона».

Лимоны в замке Гримфейт определенно заимели конкурента в моем лице.

— Мне пятнадцать лет, Ваше Сиятельство, — пожал я плечами в ответ на кислющую мину владетеля, — Пришла пора заменить вооружение.

— Советую тебе это сделать позже… — внезапно произнес лорд Эмберхарт, — Месяца через два-три. Пока вам, юный сквайр, это не к спеху — в академии «Якусейсшо» оружие проносить нельзя.

Видимо и у меня дома желтые тропические фрукты останутся невостребованными долгое время. Когда я последний раз был безоружным? Не помню. Это вообще как? Не помню.

— Полагаю, что мы обговорили все существенное, — подытожил Роберт, явно собираясь прервать сеанс.

— Осталось последнее, — поднял руку я, — Надеюсь, лорд, что статус опального члена семьи не лишает меня привилегии обладания фамильяром рода?

— Алистер… — кажется, я довел графа до ручки. Мужчина начал массировать виски, мученически глядя на меня исподлобья, — Что я тебе говорил про то, чтобы ты не выделялся? Я отправлю к тебе твоего Арка, но постарайся его не демонстрировать? На этом все?

— Я делаю что могу, дабы быть готовым исполнить свой долг, отец, — бодро отрапортовал я уныло взирающему на меня мужчине, — Но в первую очередь это включает в себя любые жертвы во имя моей безопасности!

Затухающее зеркало погасило бурчание графа, но, кажется, Его Сиятельство изволили меня обругать.

Выйдя через парадный вход особняка, я прошел несколько шагов, закуривая сигарету в задумчивом ожидании. Древний, покрытый метафизической пылью тысячелетий, опыт прошлой жизни, точнее — прочитанных за эту жизнь книг, подсказывал, что старт нового существования для меня идеален. Я молод, богат, могу за себя постоять, сверх всякой меры знатен и допущен по праву рождения ко многим тайнам этого мира. Казалось бы, большего нельзя представить и в мечтах.

Только вот это не мечта, а оживший кошмар в рамках этого мира. На моей шее ошейник, строго ограничивающий мою свободу. Снять его невозможно — он не наказание, он тело, в которое я попал. Тело потомка одной из Древних Родов этого мира, аристократов среди аристократов. Сила, знания, богатство, тайны — все это уравновешено одним правилом, возведенным в абсолют. Древние не высовываются, они соблюдают статус-кво. Если Роберт Эмберхарт возжелает аудиенции, то он ее получит от любого из монархов мира за считанные минуты. Но стоит ему попробовать купить хотя бы газетный ларек…