Объект шевельнулся, назад посмотрел. Да нет, точно он. В сущности, некоторое обаяние в физиономии имеется, и на удивление молодо выглядит. Наверное, этим и брал, пробиваясь на верха партаппарата. А почему они оттуда едут, со стороны фронта? Это у нас дорога к Гросс-Фридрихсбергу… собственно, там поместье нашего дорогого шефа партайгеноссе Коха. Но там уже идет бой, большую часть строений хозяин приказал взорвать, животных на фермах умертвить. Живодер этакий. Ладно, это сейчас не важно. Что понадобилось в поместье Вагнеру? Или просто совпадение? Возьмем — узнаем….
А как возьмем? В кортеже две единицы, но вторая броневая — что-то на базе Sd.Kfz. 234[6], известного как «Пума», слегка переделанное, на борту лозунг… Готическое, довольно свежее: «Смерть или Сибирь!». Хрен с ней, с агитацией. Лимузин, скорее всего, тоже бронированный. Ну, танк мы с собой взять забыли, да и всаживать снаряд в технику не имеем права — камрад Вагнер может пострадать. Значит, работа в контакт, глаза в глаза, что жуть как благородно. Но стремно.
А «пробка» на дороге начала рассасываться. Опять же опыт у фрицев, разбираются с последствиями бомбежки быстро. Сейчас двинутся. Евгений оглянулся — группа подтягивалась, но не бегом. С одной стороны, верно — нельзя привлекать внимание, с другой… сейчас вывернет на дорогу конвой крайсляйтера и всё, прошляпили. Хотя, если сюда, навстречу, повернут.… Нет, на ходу, с неподготовленной позиции, их не остановишь.
Обер-лейтенант Земляков махнул командиру группы, мгновение повозился с автоматом, перекинул за спину. На ходу вытаскивая из кармана футляр очков, перепрыгнул через кювет. Ускорился, очки пришлось нацеплять уже на ходу. Бежал, перепрыгивая через чемоданы и обломки повозок, жестами разгоняя копошащихся беженцев. МР-40 колотил по боку, что тоже было нехорошо. Но нужно быстрее, двинулись уже за спиной машины, тронулась колонна….
На ответвлении перекрестка люди Вагнера уже садились по машинам. Вот же черт! Евгений мельком глянул на часы — прошло две минуты, условленный ориентир подхода «воздуха» — шесть-двенадцать минут. Многовато, да это еще при условии, что Алекс сигнал сразу дал. Хотя бы с чего ему не дать, и он, и командир ситуацию понимают…
До перекрестка метров восемьдесят. Обер-лейтенант Земляков призывно замахал рукой, решив срезать, спрыгнул с дороги, немедля подувяз сапогами, очень удачно упал на колени, подскочил. Ну клоун, что уж там. С броневика смотрели как на идиота, из лимузина, надо думать, примерно так же. Евгений перебрался через глубокий кювет — после секретной трубы и марша к дороге был грязноват, а теперь-то и вообще. Поправляя партийный значок и отряхиваясь, приглушенно крикнул: