Вагнер чуть заметно поморщился, но был вынужден сделать два шага вперед — иначе дурака обер-лейтенанта не расслышать.

— Русские высаживают десант, — прошептал Евгений, глядя в спокойные и ничего не выражающие глаза крайсляйтера — вот же гадюка, как натренировался в змеюшнике внутрипартийной борьбы. — Высадка в Фишхаузене[8] и рядом с Пиллау. Сегодня ночью.

Вот тут партайгеноссе Вагнер дрогнул. Едва ли от страха перед русскими десантами, скорее от нелепости внезапно вырисовывающегося тактического варианта. В изумлении уточнил:

— Фишхаузен и Пиллау⁈

— Да, именно там! — обер-лейтенант Земляков патетически вскинул руку, указывая дланью вдоль побережья.

Видимо, жест удался, поскольку гадюка-крайсляйтер машинально глянул в ту сторону. У Евгения имелось мгновение сунуть левую руку в сумку и извлечь очередной канцелярский сюрприз.

— Обер-лейтенант, вы контужены или с ума сошли⁈ — рявкнул уже в полный голос изумленный и почуявший очевидное неудобство Вагнер.

«Вальтер» ППК, видимо, можно назвать легким карманным дыроколом. Когда пистолет под ребра противнику упирается, и так его в руке почти не видно, а уж из-за спины и вообще не разглядишь. Камрады у машины закономерно решили, что вопль крайсляйтера относится к жесту придурка-связиста, махавшего рукой куда-то в сторону далекого Пиллау…

Непредсказуемость — наш единственный козырь.

…— На колени, — сухо и резко приказал Евгений.

При допросах, да и вообще в важных беседах, мгновенная смена тона и интонации производит большое впечатление. Несомненно, партайгеноссе этот секрет прекрасно знал — он вообще был опытным в подобных нюансах человеком. И сейчас определенно понимал, что сумасшедший обер-лейтенант выстрелит — собственно, какие у безумца иные варианты?

Властный человек даже на колени опускается с достоинством, даже в несколько угрожающей манере. Но оценивать было некогда…

…Висящий на правом плече автомат Евгением уже был развернут вперед, ладонь сжимала рукоятку управления огнем, затвор взведен — когда бежал вдоль дороги, постоянно казалось — пальнет машинка от толчков и ногу прострелит. Потом боялся, что немцы заметят взведенный затвор, все капли грязи по морде размазывал, отвлекал внимание…

…Очередь ударила поверх кепи крайсляйтера — с трех метров срезала очкастого «двойника» Землякова, штатского типа, несколько пуль успели уйти в распахнутую дверцу «адлера» — где-то там был водитель. Далее со стрельбой пришлось завязывать, поскольку партайгеноссе Вагнер, обрадованный исчезновением «вальтера» от ребер, решил вскочить и ударить сумасшедшего обер-лейтенанта головой в подбородок.