… гул двигателей стихал — ушли «илы», сквозь звон в ушах доносились крики с дороги, там что-то дребезжаще взорвалось. Потом на дороге в ужасе закричали хором — вновь приближался гул штурмовиков — девятка шла на второй заход…

… Земляков скинул с головы каску — нахлобучил на голову добычи. Жестом показал — «ничего, отсидимся, главное, носом кверху лежите». Крайсляйтер кивнул — даже с некоторой благодарностью, принялся застегивать ремешок каски. Из носа выдувались розовые пузыри. А ведь тяжело его на откровенность раскручивать будет — хладнокровный, гад…

… стук авиапушек, рев реактивных снарядов, взрывы и скрежет. Евгений мучился — тут какая-никакая защита, даже броня над головой, лежи спокойно и смотри в грязное днище. А парни лежат у самой дороги, да еще перекресток рядом, в него по-любому авиаторы дополнительно стукнут, не пожалеют боекомплекта…

… уходил жуткий рев. Евгений углядел взбирающиеся на дорогу сапоги — в смысле, и сапоги, и ноги в особо грязных брюках, по оттенку на них еще и характерные трубные штрихи. Живы! Пришлось пнуть добычу — вылезать партайгеноссе не спешил. Определенно, мозг добычи не пострадал — уже большая диверсионная удача…

Все были живы, только слегка оглушены, и Робина по касательной задел осколок — разрезал ремни амуниции на спине, куртку располосовал, ну и спинным мускулам досталось.

— Кости-ребра вроде целы, — морщась заверил командир. — Это он?

Бойцы смотрели на пленного — сейчас сличать с фото было затруднительно.

— Он-он, — заверил Земляков. — Был бравый, правильный, сейчас маскируется. Так, партайгеноссе?

— Да, я Эрнст Вагнер, крайсляйтер Кёнигсберга, — не стал отпираться пленник, похлопал себя по карману. — Возьмите документы. Я понимаю — война окончена. Готов сотрудничать, прошу лишь гарантировать жизнь. Я не оказывал сопротивления.

— Пистолет у него в заднем кармане. Вообще он умный. Поосторожнее, — предупредил Евгений.

— Не стоим. Фер — лимузин проверь, — скомандовал Робин. — Остальной транспорт реквизируем.

Снайпер метнулся к «адлеру», остальные полезли в броневик. Трупы экипажа выбрасывать было неразумно — с дороги могли увидеть, пришлось тесниться. Янис завел заглохший двигатель.

— Как машина?

— Ухоженная, — заверил водитель группы. — Доедем.

Вагнер косился на говорящего с акцентом солдата. На броню запрыгнул Фер, бросил изъятые портфели и бумаги. Сразу двинулись, развернулись, сдав назад.

Евгений стянул руки добыче за спиной, закончил обыск. Ничего интересного у пленника не обнаружилось: небольшой пистолет с короткой дарственной надписью на рукояти, даже запасного магазина к оружию нет. Из остального: аккуратный бумажник, личные документы, ключи от квартиры. Очень демократично. Разве что пара карандашей в изящном футляре, да в комплект им плоский гладкий портсигар и зажигалка только и указывают на высокое партийное положение пленника.