— Они, — подтвердил Евгений, не делая попытки встать.

Покачивающийся гауптман повернул ключ в двери и уставился на гостей:

— Ваши звания и имена, господа?

— Они не имеют значения, господин Барк, — сухо сообщил старший «резиновый» гость. — И то, что мы вас знаем и уважаем как прекрасного летчика и героя, тоже не имеет значения.

— Странно. А что же тогда имеет значение? — удивился пилот.

— Утвержденный список. Мы забираем по списку. И ничего не решаем сами, — объяснил гость.

— Так. Давайте начнем сначала. Крайсляйтер решил остаться в городе и к моменту эвакуации не явился. Мы должны уважать его мужественное решение. Следовательно, в списке появилось вакантное место. Отчего я, или мой друг, не можем занять это место? Мы с обер-лейтенантом готовы кинуть жребий.

— Готовы и можем, — подтвердил Евгений, баюкая на животе бутылку.

— Не можете, — вздохнул гость. — Места для вас не будет. Поймите, это зависит не от нас. Мы лишь техники, собирающие и сопровождающие утвержденных лиц. Вас нет в списке. Ничем не можем помочь.

— Понимаем, долг и дисциплина. А так? — мгновенно преобразившись и перестав пьяно покачиваться, гауптман выхватил пистолет.

Точно — «Вальтер» ППК. Много, много общего, интересы и увлечения у собравшихся одни и те же.

— Прошу вас, уберите оружие — монотонно попросил старший «резиновый». — Мы ничего не можем сделать.

— А если я прострелю вам ногу? — с любопытством уточнил Барк.

— Я всего лишь останусь с вами, — вздохнул гость. — Поверьте, мы действительно бессильны что-либо изменить. Вы не понимаете ситуации. Мы лишь проводники первого этапа. Если мы вас приведем к месту передачи, это ничего не даст. Нас немедленно ликвидируют, более того — уничтожат наши семьи.

— О, они — ваши домочадцы — уже там? Везунчики, у них есть шанс выжить, — восхитился пилот и выстрелил.

Старший «резиновый» рухнул на ковер и застонал. Его напарник попятился.

— Высоковато взял, — прокомментировал замерший на диване обер-лейтенант Земляков. — Верхняя треть бедра, это гарантированная высокая кровопотеря. Нужно перевязать или умрет.

— Плевать! — Барк выстрелил еще дважды — прямо в лицо лежащему. — У нас в резерве еще один проводник.

— Господа, я не могу… — прошептал бледный как мел последний «резиновый».

Пилот выстрелил — попортил дубовую панель у головы проводника — тот рухнул на колени. Вскрикнул:

— Это бессмысленно! Вы не понимаете, даже если я вас поведу…

— Это ты не понимаешь. Следующая пуля — тебе в переносицу, — пообещал бесстрашный герой люфтваффе.

В дверь застучали. И довольно нервно.

— Эй, тихо там! — рявкнул пилот. — Я не слышу ответа!