– Спасибо, что собрались, – начала я, когда Глеб и Дерек встали на подиуме рядом со мной. – У меня есть для вас очень важная информация.

Моя речь была не слишком длинной, зато произвела эффект взорвавшейся бомбы. Площадь Советов затопило напряженное молчание, словно все разом онемели. Каждый из пятисот человек, оказавшихся в улье, усваивал полученную от меня информацию. Пугающую. Точнее, осознавал, что…

– Ирен, кошмар не закончился? – первой заговорила девушка с американским акцентом.

Я была под обстрелом тысячи глаз и чувствовала эмоции людей – страх за свою жизнь и жизнь своих близких. Что я им могла сказать? Только правду:

– Нет, он только начинается!

– Можно и нам посмотреть, как выглядит улей? – нетерпеливо приказал даже, а не попросил Глеб.

Улька стояла рядом с ним, хрупкая, потерянная, схватившая его надежную широкую ладонь. И, черт возьми, мне тоже до дрожи в коленях хотелось за кого-нибудь вот так же схватиться, переложить решение проблем, не быть центром всеобщего внимания. А главное – не быть тем, от кого зависит пятьсот одна жизнь, включая собственную.

Отдав мысленный приказ, я вместе с остальными смотрела, как рядом со мной стремительно раскрылся огромный, от потолка до пола, голографический экран, где на фоне космоса завис уже знакомый мне черный шар.

– Матерь божья… – всхлипнуло несколько женщин, да и мужчины не хранили спокойствия.

– Подробнее! Где разместили нас? – опять приказал Глеб.

Давящая, буквально оглушающая тишина сгущалась все сильнее, пока люди смотрели на экран. Меня на нервах знобило, ведь еще час назад не было этих едва-едва заметно посеревших ячеек рядом с нашим «светлячком». Теперь светятся сразу несколько, пусть не так ярко, как наш отсек, но вполне себе ровным светом. Все происходит слишком быстро, мы явно не успеваем за развитием событий!

Я нервно закусила ноготь, под слаженный вздох вздрогнула, когда на наших глазах вспыхнула еще одна ячейка.

– Ирина, а этот… Мегамозг, как вы его назвали, не уточнял, какие именно у вас возможности? – неожиданно спросил Нестеров.

– Помимо того, что я теперь общественные мораль, совесть, чувства и эмоции, могу получать конкретные ответы на конкретные вопросы, – хмуро пояснила я, добавив, – и, конечно же, получать опять же точно оговоренные в собственном приказе плюшки.

– Как с этой стеной и подиумом? – кивнул Нестеров на мое возвышение. – Попросили что-то изменить или создать – симбионт выполнил? И ничего сверх того?

– Все верно, – кивнула я, на всякий случай мысленно уточняя это у Мегамозга.

– Сколько видов или рас он уже разбудил? – вмешался Глеб.