Наконец Глеб отдал приказ Мегамозгу. Тела погибших накрыл непрозрачный купол. Через минуту от них не осталось и пепла. Все же для землян кремация более привычное захоронение, чем отправка в космос. Жаль, что эта идея нам пришла не сразу.
На ночь мы решили остаться у меня всей компанией, тем более позже к нам присоединился Глеб. Я попросила принести нам в комнату поесть, и за ужином мы под горячий чай говорили о прошлом, о Земле, о родных, выплескивали горечь потерь, страхи и боль. Потом Мегамозг добавил нам спальных мест, и засыпали мы хоть немножко примирившимися с реальностью и с отчаянной надеждой на будущее.
Глава 11. Мы разные, но вместе!
Зеленая-зеленая листва! Будто я вновь на Земле, в густом лесу или заросшем парке. Только ветерка нет, да свет белым маревом льется с потолка, но мне и этого хватило, чтобы довольно и счастливо улыбаться во весь рот! Я медленно огляделась вокруг и восхищенно замерла – увидела Тино-фея среди высоких изумрудных растений, почему-то обнаженного. И выглядел он топ-моделью с обложки глянцевого журнала, рекламирующей райский курортный уголок. От волос, черным водопадом струящихся по его плечам, поблескивавших в нереальном молочном свете, до…
Я скользила взглядом по великолепному тренированному телу феранца, любуясь скульптурно-рельефным прессом с четкими кубиками, широкими плечами, крепкой шеей, отмечая, что полоски жабр, выдающие в нем инопланетянина, прикрыты волосами. Тино-фей так похож на землянина, зеленоглазого искусителя с какой-то незнакомой, порочной, призывной улыбкой. Еще и пальцем поманил, настойчиво подзывая.
Густая листва скрывала Тино-фея ниже пояса и будоражила мое воображение: он обнажен полностью или нет? Чего ему стесняться, наоборот, он будто специально предстал передо мной как Адам перед Евой в райском саду. Еще и потянулся к ветке, на которой висел фрукт. Разве там был фрукт? Феранец сорвал его, отчего ветки шелохнулись, играя тенями на безупречной, гладкой, мускулистой груди. Наощупь она, наверное, твердая как камень. Я смущенно улыбнулась, любуясь плоскими кружками сосков. Божество, совершенное божество!
Тино-фей не отпускал мой взгляд, поймал в капкан мужского магнетизма, затем медленно поднес к губам фрукт и надкусил, словно нежно поцеловал. У меня дыхание сбилось. Я невольно сглотнула, а феранец по-кошачьи прищурился и в следующий миг обжег меня расплавленным золотом глаз. О, как же он прекрасен! Сплошной неземной соблазн! Я робко подалась к Тино-фею, а он впился зубами во фрукт, оказавшийся настолько спелым, что по его губам и подбородку потек сок. Мне захотелось попробовать этот плод на вкус прямо так, слизнув капельки сока с лица мужчины.