Задействовать стрелков с винтовками даже не пришлось. Пулемёты сказали своё веское слово.
Спустя пять минут с начала стрельбы, армия людоедов перестала существовать как боевая единица. На поле боя осталось неизвестное количество трупов. Неизвестное потому, что я не могу оценить это даже прикидочно. Просто поле перед нами усеяно окровавленными трупами. И если передние ряды были с аккуратными отверстиями, то вот следующие за ними… Пули, преодолевая тела людей, деформировались и врывались в следующие тела измятыми кусками, вырывающими куски и отрывающими конечности.
У меня, кстати, есть пулемёт Максима, но он в сегодняшнем представлении не участвует. Приберегу его для более важных мероприятий…
Стратиг развернулся к лагерю и весело помахал рукой.
Я спустился с довольно низкого вала и побежал к нему.
— Сколько? — спросил я у стратига.
— Сто восемьдесят семь уровней за несколько минут! — воскликнул тот. — Это были сильные воины! Ох…
— Что «ох»? — недоуменно спросил я.
— Дали особенность… — прошептал Комнин. — «Подлый душегуб» — ты повинен в массовом и внезапном убийстве людей, чужеродным для этого мира оружием. −12 к «Ловкости», −12 к «Телосложению», −12 к «Восприятию», −12 к «Интеллекту»…
— Ого… — произнёс я.
— Проклятье!!! — заорал Комнин. — Проклятье!!!
Он осел на землю, после чего начал рычать в ярости и бить её кулаками.
Так, дебют Максимки серьёзно откладывается…
— За что⁈ — кричал стратиг. — За что⁈
— Спокойно… — попросил я его, а затем осёкся.
Потому что стратиг упал и начал вопить от боли.
Свернувшись в позу эмбриона, он кричал и дрожал, а затем к нему присоединились остальные пулемётчики, также попадав на землю и начав корчиться.
— Беда… — произнёс я, озадаченно почесав затылок.
Судьба не оставила без внимания такое радикальное изменение расклада, поэтому приготовила наказание для тех, кто слишком много о себе возомнил…
Спустя несколько минут корчей, стратиг затих. Я же наблюдал всё это время потерю им объёмов мышечной массы, отвечающих за высокую силу. Ну да, было 12 единиц «Телосложения», стало 5 единиц…
Лично из пулемёта я стрелять никогда не буду, пусть этим занимаются другие, кого не жалко. Впрочем, думаю, проблема в массовом убийстве из иномирного оружия. Если бы мы положили не тысячи, а сотни, полагаю, никаких последствий бы не возникло.
И вот опять я думаю о Судьбе. Если она всеведущая, какой она показалось мне при, скажем так, личной встрече, то какого хрена она вообще наказывает нас за, якобы наши, прегрешения? Она могла предотвратить любые наши действия, просто потому, что знает всё наперёд… Или не знает? Или знает, но ей интересно наблюдать за тем, как мы будем выкручиваться и изворачиваться? Но зачем?