Она оглянулась по сторонам, затем наклонилась ближе ко мне. От ее близости у меня участился пульс.

— Если честно, статья о вас лишь часть более масштабного расследования, — прошептала она. — Я изучаю деятельность Continental Trust.

Я сохранил невозмутимое выражение лица, хотя внутри все напряглось.

— Continental Trust? Крупный финансовый конгломерат, о котором мало что известно. Интересный выбор.

Элизабет открыла сумочку и достала небольшой блокнот в кожаном переплете.

— Смотрите, — она показала мне несколько страниц с заметками, диаграммами и вырезками из финансовых отчетов. — За последние два года я отслеживала их операции. Они связаны с серией корпоративных банкротств 1927 года.

Я внимательно изучил ее записи. Элизабет выявила закономерность, которая ускользнула от большинства аналитиков. Continental Trust финансировал компании через сложную сеть подставных организаций, затем занимал короткие позиции по их акциям, и вскоре после этого компании объявляли о финансовых трудностях.

— Это впечатляюще подробный анализ, — сказал я с искренним уважением.

Элизабет сделала еще один глоток своего «чая».

— Я заметила кое-что странное, Уильям, — ее голос стал еще тише. — Когда я наблюдала за Харрисоном на пресс-конференции месяц назад, он точно так же реагировал на это название. Это не совпадение.

Она чертовски наблюдательна. Я недооценил ее.

— Возможно, и не совпадение, — осторожно согласился я. — В финансовых кругах Continental Trust имеет специфическую репутацию.

— Более того, — продолжила Элизабет, перелистывая страницы блокнота, — исследуя их операции, я наткнулась на упоминание текстильной фабрики в Бостоне. Та самая фабрика вашего отца, которая была продана после его смерти.

Я напрягся. Это очень опасная территория.

— И что же вы обнаружили?

— Фабрика была куплена холдинговой компанией Eastern Textile Enterprises, — она показала мне газетную вырезку. — А ETE, через две промежуточные компании, принадлежит группе инвесторов, связанных с Continental Trust.

Я испытал странную смесь эмоций. С одной стороны, Элизабет подтверждала мои подозрения о причастности Continental Trust к смерти отца Стерлинга. С другой, она приближалась к тайнам, которые могли подвергнуть ее серьезной опасности.

— Вы проделали впечатляющую работу, — сказал я, стараясь звучать спокойно. — Но понимаете ли вы, насколько опасными могут быть такие расследования?

Элизабет посмотрела мне прямо в глаза.

— Понимаю. Мой информатор в регистрационной палате Бостона внезапно уволился и уехал из города после того, как передал мне документы о сделке. Но я не могу остановиться. Это слишком важно.