— Двадцать три года⁈ — вскрикнул я от удивления. — Как у тебя кожа не позеленела еще? С тобой все нормально, дедуль? Точно?

— Я… еше крепок, — выпятил грудь старик. — как… бык…

Говорил он через паузу. Каждое слово давалось ему с трудом. С нашим Тхорком подружится.

«Кхе-кхе?»

«Я…»

«Кхе?»

«Бык…»

«Кхе!»

Спрашивать, почему он остался, я не стал. И так все понятно. Выйдет из лагеря и сломается, споткнувшись о корягу. Он не умеет ничего, кроме готовки. У орков из-за кочевого образа жизни очень ограниченные съестные запасы, и почти все — долгого хранения. И из этого он пытался сделать что-то вкусное своим хозяевам, которых у него было аж четырнадцать.

— Коренья, ягоды, н-да… грибы еще… много могу.

Ну вот мы и нашли заведующего кухней.

А теперь о вкусном. Напоследок я оставил рабыню. Перевел на нее глаза. Девочка вздрогнула. Видно, как она нервничала по мере приближения ее очереди.

Очень худенькая девчушка с небольшой попой и грудью второго размера. Стройная, но на грани фола. Если смыть грязь, то она окажется блондинкой с прямыми волосами чуть ниже плеч и карими глазами. Точеное личико аккуратное и приятное, нужно только вымыть. И именно лицом можно любоваться, как творением древних скульпторов. Про таких говорят: «Красота лицом, но не телом». Из одежды у нее были яркая красная тряпка до колен, похожая на рваную юбку, и мешанина из обрезок шкур, покрывающая верх. Разумеется, с глубоким декольте, где видно подобие кожаного лифчика.

Эх, такую нужно откармливать. И-и-и-и… Нельзя трахнуть. Вообще. Не представляю, что было в штанах у Джумарака и как он это делал, но это невозможно. Она же фея, а я великан. Даже Кае, будучи полуорчихой, приходилось атлетически раздвигать ноги, принимая в себя мою анаконду…

— Придется по-другому, — ляпнул я, вспоминая ее пристрастия «ртом»

И что⁈ Рабыня-то в каждом слове видит знак к действию. Я даже прифигеть не успел о ее феноменально правильном выводе о моих завуалированных словах. У-у, как завернул.

— Спасибо, хозяин, — чуть ли не подпрыгнула замарашка. — Спасибо!

Быстрым и опытным движением ручонок толщиной с мой указательный палец она потянулась к моим обмоткам на бедрах. Целую секунду я думал! Но нет. Надо девочку перевоспитать, да и как-то перед рабами на этот раз не хочется…

— Стой! — отпрыгнул я в сторону от шаловливых ручек. — Я так не хочу!

Ужас в глазах феи стоило видеть. Ноги затряслись, подкосились, сомкнулись. Ручками она попыталась спрятать самое ценное.

— Пожалуйста, хозяин, — взмолилась она. — Умоляю… не туда…

— Да хватит меня бесить! — заорал я вместо того, чтобы успокоить рабыню.