В загробном мире оно осталось нетленным, хотя кровь, жизнь и душа давно покинули пустую оболочку. Раньше о возвращении в это тело можно было даже и не думать, однако теперь для меня это было вполне посильной задачей.
Я отбросил нынешний сосуд в сторону и тут же переместил себя в прежнее тело. Это было очень приятно, словно вернулся в родной дом, после длительного отсутствия.
«Начинаю восстановления всех функций тела.
Восполнение крови запущено.
Вы сможете пользоваться данным телом на 100 % примерно через четверть часа».
Это меня вполне устраивало. Какое-то время я колебался, не зная, стоит ли тратить силы на то, чтобы вернуть, уже ненужное мне тело солдата своему истинному владельцу.
В конце концов, я пришёл к выводу, что это мне ничего не стоит, так что, почему нет? Достаточно было только сосредоточиться и отыскать в бесконечном пространстве Вселенной одну напуганную и почти обезумевшую душу.
— Ну? Я же говорил, что верну тебе твоё драгоценно тело! — усмехнулся я, когда солдат со смесью неверия и великого счастья осматривал свои руки, словно бы видел их впервые в жизни. — Тебе не стоило так доводить меня, только и всего…
— Я… я не знаю… — промямлил он. Речь пока ещё не до конца вернулась к нему, впрочем, это даже и к лучшему. Я всё равно не очень-то хотел с ним говорить.
Напоследок, перед тем, как вернуть солдата в его родной мир, я восстановил его нарушенную психику и стёр самые травмирующие воспоминания. Теперь он сможет вернуться к нормальной жизни. Хотя и нет никакой гарантии, что его не убьют на очередной войне в самое ближайшее время…
Так или иначе, я покинул загробный мир. Мне предстояло пройти небольшую подготовку.
— Даже будучи богом смерти, ты не получаешь никакой гарантии успеха, — сказала мне Смерть. — Кроме того, тебе обязательно нужно дополнительно усилить себя. Поверь, все твои старания многократно окупятся, когда дойдёт до дела…
Потому отправился делать то, что мне сказали. Это было странное ощущение — ещё вчера мы со Смертью были злейшими врагами, а теперь… теперь я и сам не знал, кто мы. Не друзья уж точно, скорее, просто заложники одной скверной ситуации, в которой умудрились оказаться.
О том, что будет после, я старался не думать. Смерть, кажется, была на все сто процентов уверена, что никакого «после» для меня вообще не будет, и если меня просто уничтожат, расщепив до атомов тело и душу, то это будет высшим проявлением милосердия и удачи…
Меня же такой расклад дел, естественно, не очень устраивал, но пока что, я ничего не мог с этим всем поделать. Потому пришлось проводить многочисленные ритуалы по собственному усилению.