Нужно было постоянно сосредотачивать всю свою волю в одной конкретной точке, и силы покидали меня быстрее, чем я бы того хотел. За всё время меня выбрасывало из тела несколько раз, и всё приходилось начинать сначала.
Воин сражался до последнего. Мы сошлись с ним в отчаянной битве прямо внутри его черепа. Я плохо понимал, что нужно делать, но даже при этом, силы были слишком уж неравны, так что, в конце концов, он сдался и погрузился в некое подобие сна. Я получил полный контроль над телом и открыл глаза.
Всё казалось таким странным и чужим. Было очень тяжело подняться на ноги. Меня качало словно пьяного, а когда я всё же сумел выпрямиться, то и вовсе вырвало.
Раненый солдат так и не очнулся. Я быстро осмотрел его рану. Она явно была смертельной. Мне захотелось просто оставить его здесь в наказание за то, что он помешал моим планам. Однако в последний момент я передумал и за несколько секунд полностью исцелил его. В конце концов, мне это совершенно ничего не стоило…
Глава 30
Я вернулся во дворец демонов не без труда. Новое тело, пока что, слушалась не в полной мере, и все заклинания выходили как-то неловко. Однако стражник на вратах в тёмное измерение сразу же пропустил меня и не стал задавать никаких вопросов. Значит, моя внешняя оболочка ничего для него не значила.
Следующий тест был пройден, когда мнелионы, которые обычно нападают на любое живое существо, лишь слегка взволновались при виде меня, но почти сразу же успокоились.
Гораздо сложнее дела обстояли с Иннис. Нет, демонша почти сразу же меня узнала, но после этого даже и не думала успокаиваться.
— Какого чёрта ты натворил, Мартин?! — закричала она.
— Всё обошлось.
— «Обошлось»?! Ты лишился своего тела, и два сам сумел сбежать. Ты хоть понимаешь, насколько важен для тёмного измерения? Я уже не сумею найти второго такого же кандидата на твою роль.
Я лишь отмахнулся от неё и устало опустился прямо на холодный, каменный пол. Мою голову вдруг пронзила страшная боль, и я едва сумел сдержать себя, чтобы не поморщиться. В ушах словно молот стучал, а пальцы рук начали слегка подёргиваться.
Всему виной явно была, запертая в собственном теле душа воина. Вообще она должна была почти всё время пребывать в забытье. Я позаботился о том, чтобы ей, при этом, снились только хорошие сны; однако её воля иногда всё-же одерживала верх над всеми магическими рамками и пыталась вернуть контроль над телом.
Усилием уже своей воли, я подавил это, и боль тут же стала затихать. Мне оставалось лишь надеяться на то, что в дальнейшем я смогу лучше контролировать эти процессы. Мне совершенно не хотелось, чтобы воин проявился во время напряженного боя.